Как только выяснилось, что он жив, я обратился к одному знакомому в военном ведомстве Новой Рустинии, чтобы доподлинно выяснить его судьбу. Он, когда узнал о том, кто мой друг, тут же придумал поощрение для черных шевронов, зарекомендовавших себя с лучшей стороны.
– Вот такую амнистию? – прищурился сержант.
– Именно. Теперь черные шевроны за отличную службу могут быть помилованы до истечения срока.
– И друг ваш, как я понимаю, Варакин? У вас очень похожий акцент.
– Да. Сергей. А теперь вы объясните, как человек, о котором тут ходят легенды, вдруг решил дезертировать?
– Теперь объясню.
Дело в том, что у шевронов нет без вести пропавших. Если никто не может подтвердить их смерть, то их объявляют дезертирами и назначают за их голову награду в тысячу крон. Именно по этой причине в рустинской армии практически нет дезертиров.
– Кто без вести пропал? – недоуменно переспросил Алексей. – Сергей? Вы толком рассказать можете?
– Могу. – Сержант вновь пыхнул трубкой. – Если коротко, то патруль, которым командовал Сергей, попал в засаду.
Он, Ануш и Хват остались прикрывать отход остальных. Потом мы проверили место боя, но их так и не нашли. Я выждал несколько дней, мало ли что могло случиться и куда им пришлось бежать. Но они не появились. Поэтому я составил рапорт о данном происшествии. Вот, собственно, и все.
Сказать, что Алексей был подавлен, – это не сказать ничего. Твердый ком, возникнув из ниоткуда, сковал горло. Дышать стало трудно, и духота, царившая в помещении, тут была ни при чем. Господи, он опоздал! Опять опоздал! Да сколько можно-то?!
Сначала по его вине Сергей угодил в этот мир.
Потом, опять же стараниями Алексея, оказался на волосок от смертной казни. Он сумел избежать ее, выжить и даже сделать себе имя. Но стоило только Алексею снова приблизиться к нему, как он опять накликал на друга беду.
Как ни странно, но этот верзила-сержант прекрасно понял, что творится в душе Болотина. Он поставил перед гостем кружку, в которую щедро плеснул зобрятки. Напиток так себе, но для Алексея он оказался живительной влагой, сумевшей привести его в чувство.
Мозг заработал с лихорадочной быстротой, выстраивая логический ряд.
Спокойно. Мертвым Сергея никто не видел. Значит, нельзя исключить, что он опять перехитрил костлявую. Крепкий и тертый мужик, он не может вот так за здорово живешь сгинуть. Алексей больше не повторит свою прежнюю ошибку и не побежит поджав хвост, как шелудивый пес. Он вернется в Крумл, наймет еще людей, средств у него достаточно.
