У нас три позиции, откуда пинки обстреливают нас, назовем их один, два и три. Начнешь с первой, что с восточной стороны. Четырех гранат, я думаю, будет достаточно. Но не разом, а по одной, без спешки.
– Только что просил, чтобы с пращой был не я один, а теперь говоришь не торопиться. Ты уж определись.
– А ты сам подумай. Нам предстоит выскочить за стены, пробраться по открытому берегу и выйти им во фланг. Если на берегу есть наблюдатели, а это скорее всего так, то разрывы гранат их отвлекут. А там, если будут орать раненые, глядишь, они еще и побегут помогать.
Словом, ты отыграешь для нас время.
– Понятно. Тогда второй с пращой метнет гранату в ту сторону, где могут быть наблюдатели. Однозначно промажет, но пинков это напугает и даст вам лишнее время, – быстро уловив мысль Сергея, предложил Грибски.
– Согласен. Только гранату пусть метает жестяную.
– Добро.
– Дальше. Услышишь длинный свисток, мечи туда гранаты. Один свисток – четыре гранаты, но теперь быстро, насколько это вообще возможно. Хоть четыре разом.
– Опять жестяные?
– Нет, бросай те, что из труб. От них вреда больше. Огонек от шнура будет видно, как только заметим, мы заляжем. Вроде все, пошел готовиться.
– Это сколько же он собирается израсходовать гранат? – когда дверь за Сергеем закрылась, спросил Ежек.
– Капитан, эти гранаты он мастерил сам и за свои деньги, чтобы они помогли ему сберечь задницу. Ничего удивительного, что он собирается их использовать тогда, когда ему будет дерьмово.
После ухода Варакина комендант и сержант стали общаться куда более вольно.
Да оно и понятно. Каста там или не каста, но к таким сержантам отношение у офицеров в армии особое. Их всячески выделяют, им многое позволяют, на них опираются при командовании личным составом. Трудно представить, как справлялись бы офицеры со своими подразделениями без сержантов."
"– Я прекрасно знаю, откуда эти гранаты. Но они залог и нашего выживания. При таком использовании хорошо, если одна граната из десяти угодит в цель. А если их использовать при штурме, то результат будет куда выше и больше шансов, что пинки просто побегут, когда среди них начнут разрываться гранаты.
– Это так. Но скажи, сколько человек согласятся вот так выйти за стены? Только эти трое да еще я. И это все, – откидываясь к стене, со вздохом подвел черту Грибски.
– Сколько он успел наделать гранат? – Капитан, в отличие от сержанта, оперся локтями о стол и опустил подбородок на сцепленные руки.
– Сотню. Четыре десятка из труб и шесть из жести.
