— Ты следи за активностью вокруг нас и на планете, если запущу, то контроль ракеты. Целься из пулемётов. Анна, дальше следи за их выстрелами, проанализируй слабые места.
Говоря это, я развернулся, отключив маршевые. Выстрел, Банши тряхнуло… промах!
— Система прицеливания обезумела, — сказала она. — Надо ближе подпускать.
— Ага, максимальную мощность на фронтальный щит. Посмотрим, что у них ещё есть.
На экране противник пока выглядел небольшой точкой, видимой на фоне планеты только благодаря рамочке системы сканеров.
От машины сильно фонило, отчасти видимо из-за повреждений энергосистемы или каких-то иных систем, отчасти из-за активных систем помех в прицеливании, которые засвечивали сканеры и создавали ложные сигнатуры.
Даже камера не могла нормально сфокусироваться на цели, но мы всё же разглядели тёмный ромб, покрытый светящимися прожилками.
«Внимание, обнаружено подавление РСТ-двигателя, прыжок невозможен».
Конечно, куда же без этого в космосе?
Я не тормозил, а дал тягу реверсивными двигателями, чтобы продолжать отдаляться от планеты, а не лечь на высокую орбиту.
Мало ли какие системы планетарной обороны там ещё ожили.
Дистанция с дронами сокращалась. Б5 полз в хвосте и пока не стрелял, зато энергетическая сигнатура мелкого вновь резко изменилась.
Выстрел!
В этот раз уклониться не получилось. Щиты выстояли, но просели сразу на треть. Впрочем, быстро заряжались. Очень сильный удар, учитывая, что мощности на них был максимум.
— Анна, попробуй ему тоже помешать целиться.
— У Старших очень хорошие сенсоры…
— Уже сдалась? — хмыкнул я.
Блондинка тихо рыкнула и полезла в наши системы РЭБ, от которых пока толку было мало. Я же прицелился… выстрел.
Вокруг противника вспыхнули странные сине-фиолетовые щиты, есть попадание!
Надежды пробить такого противника сразу не было, но, по крайней мере, я заставил его тратить мощность на щиты. Дистанция сокращалась, и из невидимых ниш на корпусе тёмного ромба стрельнуло два пульсирующих фиолетовых лазера. Непрерывные лучи целых полторы секунды били в нас, то и дело чиркая по щиту.
Короткий перерыв, и пульсы ударили вновь.
Я резко включил полную тягу маршевых и заложил крутой вираж. В противника понеслись выстрелы моего тяжёлого импульсника, хоть какого. Резкий кульбит и снова пальнул — одно попадание, но щиты противника держались. И он ответил своей рельсой, однако… промазал.
— Ха, мы тоже умеем мешать прицеливанию! — воскликнула Анна. — Ты про второго не забыл?
— Нет, конечно.
