Казалось, сегодня было столько слов, столько ответов, а вопросов словно стало ещё больше. Она не могла унять дрожь, казалось словно так холодно. Девушка встала и посмотрела на кровать, взяла своей хрупкой рукой часы Вадима, на стекле циферблата которых расползлась паутина трещин, но стрелки продолжали идти, тихо-тихо так тикая… словно они совсем не поняли, что с ними случилось сейчас.
Кира на ватных ногах прошла на кухню, достала из шкафа бутылочку вина, которую всегда припасала для себя старшая сестра, и когда приезжала выпивала её в тёплой ванной.
Кира решила поступить так же, других способов унять истерику она не знала, был лишь этот пример её эмоциональной сестры. Она набрала ванную, включила приглушённый свет и налив бокал вина, легла в тёплую воду, которая так приятно окутывала, и положив голову на подушечку, прикрылась глаза, желая услышать себя…
Глава 11. Непристойное предложение
Утро… болела голова… возможно от вина, а может и от слез, или перенесённого нервного напряжения.
Совсем не хотелось вставать с кровати, той привычной для девушки утренней легкости сегодня не было. Хотелось накрыться с головой и не вылазить неделю, смотреть дурацкие передачи по телевизору, спать, и кушать печеньки. Но Кира бы себе такого не простила. Она спустила ноги с кровати. Вздох. Хотелось пить. За окном было ещё темно, и это угнетало. Девушка съежилась от холода, по телу пробежал озноб.
Кира встала и отправилась на кухню выпить стакан воды, поставила чайник. Душ, тёплый душ, умылась холодной водой, это помогало прийти в себя.
Укладывать волосы совсем не было сил, она собрала их в пучок. Сегодня никаких юбок. Чёрные брюки на высокой талии и короткий кашемировый свитер цвета вишни.
О предстоящей встрече с Вадимом старалась не думать, иначе можно было загнать себя в глубочайшую депрессию. Посещали мысли о написании заявления на увольнение, но побег тоже не лучший вариант. Кира не привыкла убегать, но и в такие ситуации для неё тоже были непривычны, и она не могла сказать, как обычно в них поступает.
Одно точно осознала, наверное, именно всей этой боли и тоски, она старалась избегать всю сознательную жизнь, поэтому старалась к чувствам подходить с умом.
Погрузившись в свои мысли, она даже не заметила, как добралась до офиса. Как всегда, первая включила свет… звук зажигающихся ламп, зимнее утро за окнами, темно, от чего они превращались в зеркала, в которых отражался офис, сейчас абсолютно пустой.
