Она часто там встречала утро, он был не против, да и в офисе все знали, что они друзья. Часто девушки пытались с ней подружиться, но потом она понимала, что так они пытаются подобраться к Вадиму. Он был популярен в их компании, да и ещё в паре соседних, которые делили с ними этаж. Красивый, умный, сексуальный, руководитель, холостяк, завидный жених, одним словом. Она часто была свидетелем открытого с ним флирта, у лифта, в лифте, в коридорах. В их компании она точно знала, что он ни с кем не вступает ни в какие отношения, но вот из соседних порой пролетают, именно пролетают, так как он их не задерживает.
Удивительно, но Кира никогда его не ревновала, была это её заслуга или его, она не могла дать на это ответ. Но она всегда была уверена, что это несерьезно, и он ограждал её от мира своих женщин, не сталкивал, не заставлял дружить, что и Кира их просто не замечала. Тогда отсутствие её ревности, наверное, все же его заслуга? Почему она подумала о ревности? Они же друзья, надо радоваться, а не ревновать… но закрыв глаза, и представив его в объятиях Лизы, она испытала бешенство.
От этого, ей стало не по себе. Кира задумалась, а если он испытывает такие же чувства, представляя её с Владом? И ей немного стало понятно его холодное поведение, которое раньше её не касалось. Кире сильно захотелось извиниться перед ним. Срочно! Поговорить, рассказать, что внутри, он же её лучший друг детства, они обязательно поймут друг друга! И если он попросит отказаться от Влада, она откажется… откажется? Отказаться от Влада? Если бы он предложил встретиться, смогла бы она отказаться?
Кира сидела на столе Вадима, смотря в окно и встречая рассвет.
Погрузившись в мысли, она даже не притронулась к кофе. Сегодня рассвет был прекрасен, золотые лучи утреннего солнца словно обняли, окутали Москву.
– Доброе утро, – услышала она такой родной сдержанный голос рядом.
– Доброе утро, – Кира посмотрела на Вадима, севшего рядом, но в отличии от неё, его ноги достигали пола, и он их вытянул вперёд, скрестив.
– Ты так рано?
– Да, сегодня много работы, – так же спокойно ответил друг.
Она его рассматривала в лучах золотого утра, его коричневые волосы, тоже отдавали рыжиной и так красиво лежали, в легком беспорядке. Такой идеальный прямой нос, губы словно прорисовали карандашом, ровного телесного цвета, прямые брови, и чуть вытянутые глаза, будто всегда с легким прищуром. Он тоже, как она, был одет в песочных тонах. Вадим часто предпочитал их в одежде.
