Андрей, однако, еще добрую половину пути говорил о своем друге: истории те были довольно занятными и даже заставили меня немного по-другому взглянуть на Ильицкого. Хотя я бы с большим удовольствием поговорила о чем-то более приятном.
Впереди уже показались ворота усадьбы – еще несколько шагов, и волшебство нашего уединения с Андреем исчезнет. И мне вспомнилось отчего-то, как вчера мы с ним стояли, прячась от дождя под навесом. И как глупо я испугалась и убежала. А еще у меня мелькнула мысль, что если сегодня Андрей попытается меня обнять или даже поцеловать – я не испугаюсь.
Сама поражаясь бесстыдным своим мыслям, я подняла на него взгляд.
Вероятно, и Андрей почувствовал что-то в этот момент, потому что замедлил шаг. Помедлив, взял в ладонь мои озябшие пальцы.
– Лиди, я давно хотел вам… тебе сказать…
А я вдруг подумала, какие же холодные у Андрея руки. Должно быть, он невероятно замерз, пока возился со мною. Да к тому же он сегодня без плаща, а только в легком сюртуке…
Плащ. Ведь в той избушке на кресло был накинут мужской плащ, именно такого фасона, как носит Андрей.
"
"– Андрей, вы, наверное, ужасно замерзли. Где ваша верхняя одежда? – спросила я немедленно, перебив его на полуслове.
– Что? Не помню, право, кажется, я забыл утром надеть плащ. Уверяю вас, мне не холодно, Лиди.
– Нет, я все же думаю, вы замерзли и можете простудиться. Давайте поскорее вернемся в дом.
И, поспешно вытянув ладонь из его руки, скорым шагом направилась к воротам.
Глава тринадцатая
По дороге я несколько обогнала Андрея и вошла в дом одна.
Меня встретила Даша и тут же начала причитать по поводу моего перепачканного платья – я же, не слушая, поискала глазами и, пройдя в гостиную, увидела накинутый на спинку стула черный мужской плащ. Приблизилась и провела по нему рукой, чтобы удостовериться, что плащ сухой и им сегодня едва ли пользовались.
– Андрей Федорович утром приготовили для прогулки, да позабыли надеть, – сказала Даша, заметив мой интерес.
Я поспешила отойти, понимая, что веду себя глупо и опять подозреваю людей бог знает в чем.
– Натали уже вернулась? – обернулась я к Даше. – Она у себя?
– Да, барышня вернулись: очень уставшие были, переоделись, приняли ванну горячую и теперь, должно быть, спят, – подробно рассказала горничная. А потом не выдержала: – Уж такие измученные были Наталья Максимовна, голубушка наша… что там в лесу приключилось, Лидия Гавриловна, а?
В глазах Даши горело любопытство, которое она даже не пыталась скрыть.
