Мы так увлеклись, что вздрогнули от звонка.
— Продолжим завтра, Джослин.
— А когда мне можно будет начать?
— Когда обсудим систему плетения, — пояснил и рассмеялся, когда она почти обиженно надула губы. — Я не пытаюсь тебя тормозить. Поверь моему опыту, спешка создаёт ошибки.
— Хорошо, я постараюсь набраться терпения. Пока потренируюсь плести нити, да?
— Отличная идея, но не перестарайся. Тело ещё подстраивается под астрал.
— Я помню. Спасибо, Итан, для меня это много значит, — искренне поблагодарила она.
— Вижу.
Иди, передохни перед следующим занятием, — взяв повязку, я вернул её на место и поднялся с софы.
— Я подумаю насчёт состава, — пообещала она, тоже подрываясь с места. — Побегу, — и быстрым шагом направилась на выход.
Только стоило ей открыть дверь, как она чуть тут же не столкнулась с Элизой. Сегодня младшая Вотерборн выглядела привычнее в чёрной форме, с собранными в тугой хвост волосами и без косметики. В глубине голубых глаз девушки искрилась магия.
— Мне отказали в практике, по твоему требованию, Итан! — воскликнула она, до красноты кусая нижнюю губу.
— Это из-за неё, да? — и резким взмахом указала на опешившую Джослин.
— Мне пришло оповещение о нарушении договора. Ты напала на Джослин.
— Пожаловалась, да? — прошипела она, глядя зло на мою жену.
— Нет, мы не общались по поводу тебя, — холодно ответила та.
— В этом нет нужды, о нарушении сообщил договор. И все видели, что ты облила Джослин кипятком, — холодно сообщил я.
— Это всего лишь вода…
— Нет. Это был кипяток, — оборвал я её сердито.
— Если ты не в состоянии оценить данный тебе шанс, я буду действовать жёстко.
— Но, Итан… — она вся сжалась, глядя на меня жалобно.
— Клирик Вилдбэрн, — исправил я её. — Джослин, иди по своим делам. С тебя достаточно этих сцен. Если, конечно, не желаешь остаться.
— Не желаю, — мельком на меня взглянув, она улыбнулась и выскользнула в коридор.
— Заприте дверь, рекрут Вотерборн, я поясню нынешнее положение дел.
— Отец узнает, он не позволит отправить меня…
— Дверь, — повторил я, не скрывая своего негодования.
— Совет ничего не решает на передовой. Моё слово весомее его.
— Что?!
— Дверь, рекрут Вотерборн, — повторил я, на этот раз повышая голос.
Затравленно на меня взглянув, Элиза наконец послушалась.
— А теперь поговорим откровенно, — хмыкнул я, призывая астральную книгу, чтобы создать сферу безмолвия.
Нас окружил полупрозрачный барьер. Элиза замерла, глядя на меня испуганно и настороженно. Поняла, что я невероятно зол.
