– Ты принимал участие в дознании? Или, может, в убийстве Нэнси Гофф?
– Что тебе нужно? – раздался, наконец, мужской голос, грубый и хриплый; очевидно, этот человек старался изменить его.
– Тот же самый вопрос я могу задать тебе, незнакомец, – отозвался Бенедикт.
Но человек, шедший за ним, промолчал. Через мгновение Бенедикт отступил на шаг, потом – еще на один. Но незнакомец не последовал за ним. А через секунду-другую он вдруг набросился на Бенедикта. Конечно, он ждал нападения, но все равно оказался неподготовленным.
Выронив нож, Бенедикт перехватил трость обеими руками и выставил ее перед собой как заграждение. Незнакомец налетел на трость, и что-то лязгнуло, наверное – зубы нападавшего. Но это ненадолго его задержало. В следующее мгновение раздался отчетливый щелчок, а затем – треск рвущейся ткани. Руки Бенедикта чуть повыше локтя коснулся прохладный воздух, и тут же по руке потекла горячая влага. Было ясно: его полоснули ножом.
– Мерзавец!.. – прорычал он. – Ты испортил форменный китель лейтенанта Королевского флота! Зря, парень, ты это сделал.
"
"Бенедикт взмахнул тростью, и ее кончик вошел в соприкосновение с какой-то конечностью нападавшего. Тут снова последовал взмах ножа, но на этот раз его острие воткнулось в трость. Бенедикт тихо выругался. Его противник пытался вытащить лезвие из твердой древесины трости, а Бенедикт тем временем наугад выбросил вперед кулак. Удар, судя по всему, пришелся в живот противника, но у этого малого живот, должно быть, оказался железный. Он спокойно принял удар и нанес ответный.
Бенедикт едва не задохнулся от боли, и у него на глазах выступили слезы. Но он не позволил себе расслабиться, так как теперь стало совершенно ясно: если он вдруг упадет, то уже никогда больше не встанет.
Чуть покачнувшись, он встал поудобнее, держа трость в одной руке. Хруст гравия послышался справа от него, потом – прямо перед ним. И в тот же миг Бенедикт выбросил трость вперед, выбросил как копье, стараясь нанести удар металлическим кончиком.
В следующее мгновение раздался звук, похожий на стон, а потом – хруст гравия.
Судя по всему, его неизвестный преследователь рухнул на колени. По-видимому, кончик трости попал ему в живот или в пах. Но выронил ли он нож? И удастся ли ему самому найти свой стилет?
Бенедикт дал себе лишь три секунды на то, чтобы ощупать землю и схватить, что удастся.
Одна секунда… Но, увы, ничего, только земля и что-то липкое – его собственная кровь?
Две секунды… В результате – трава и несколько камешков.
