Они оглянулись и увидели ту самую востроносую рыжую, которая сидела за столом возле Владимира. Она стояла в двух шагах от них и кривила губы в усмешке.
– Да! – язвительно заметила она. – Это нонсенс! Тебе Прыжегалинский, кажется, еще никто не давал пощечин. Эта первая.
Лера и даже Прыжегалинский растерялись. Они оба, не сговариваясь, двинулись к выходу. И в этот момент толпа гостей, которая направлялась на улицу, подхватила их и понесла на выход. Неожиданно Леру кто-то взял под локоток и хрипловатым, знакомым голосом тихо прошептал на ухо:
– Лера, простите, если я вас обидел.
Я ведь не имел в виду ничего плохого. Честное слово! Вы меня просто неправильно поняли, – Логинов, попытался отвести ее в сторону от толпы. – Я вас искал, теперь я вас ни за что не отпущу. Сейчас будет фейерверк. Пойдем? Любите небо в звездах?
Лера кивнула. Гости вывалили во дворик ресторана и столпились на площадке перед входом.
Фейерверк – это необыкновенно красивое зрелище. В небе разрываются сотни разноцветных огней, соединяющихся в купола огненного дождя, падающего с неба.
Это похоже на сгорающие кометы, Они так органично смотрятся в ""танце"" со звездами. Хотя нужно признать, звезды меркнут в ярких огнях фейерверка. Ох, а это чувство, которое присутствует на протяжении всего времени, когда ты наблюдаешь это невообразимое чудо! Тебе кажется, что эти ракеты разрываются разноцветными огнями внутри тебя, наполняя невообразимым счастьем. Адреналин мгновенно впрыскивается в кровь, и возникает чувство, как будто ты влюблен.
Лера стояла рядом с Логиновым, затаив дыхание, непроизвольно схватив его за руку. А он неожиданно крепко сжал ее тонкие пальцы. Двадцать минут вокруг все громыхало, а воздух наполнился своеобразным запахом пороха. Наконец все стихло. И в это мгновение потрясающей тишины раздался женский истерический крик. Толпа расступилась. На уличной плитке лежал хозяин торжества, лицом вверх. Он был мертв. Никаких сомнений не возникало по этому поводу. Он был без пиджака и на его белой рубашке, на груди, ярко выделялось кровавое пятно.
***
Лера, стиснув руки, сидела перед замученным, хмурым следователем, майором Руденко, который уже двадцать минут сверлил ее своим взглядом.
– Ну, так что скажите, Валерия Андреевна? – десятый раз устало спрашивал он одно и то же, только в разных вариантах. – Вы все-таки утверждаете, что сегодня увидели господина Прыжегалинского первый раз и не являетесь его любовницей?
Лера сглотнула ком в горле и отрицательно покачала головой.
