Наташка сначала поохала да поахала, а затем с присущей ей врожденной способностью скурпулезно подходить к любой проблеме принялась предлагать варианты решений.
— Что тебе сказать, — задумалась подружка, — тебе придется постараться, чтобы его удивить.
— Удивить, — уныло протянула Динка и отпила из бокала, — тут хотя бы не опозориться.
— А он пьющий? Может, тебе его накачать? — предложила Наталья.
Динка махнула рукой и страдальчески скривилась.
— Откуда ж я знаю. Вот если самой напиться, то легко.
Наташка категорически отвергла предложенный вариант.
— Бедный тогда этот твой Домин, большая радость с пьянью связываться. Ты хоть бы о парне подумала.
Уровень «Мартини» в бутылке стремительно снижался, при этом неуклонно повышая уровень эндорфинов в кровеносной системе Динки, ей даже казалось, она их чувствует, словно пузырьки игристого, поэтому думать о Домине решительно отказывалась.
— Наташ, — она глубокомысленно смотрела на подружку, — может есть какие-то курсы? Может можно туда записаться?
— Есть, конечно, — кивала та, — на объездной.
И не курсы, а одна сплошная практика. Но не думаю, что твой Домин обрадуется такому обучению.
— И что же мне делать? — Динка раздумывала, разбавлять «Мартини» или уже ну его. Наташа смотрела на нее изучающе и придирчиво.
— Слушай, может тебе ему стриптиз станцевать? Мужчины любят стриптиз, сами не свои становятся.
— Так я же не умею стриптиз.
— Подумаешь. Не боги горшки обжигают, научишься. Тут главное извиваться красиво и смотреть призывно.
Знаешь что, а-ну ка становись, попробуй.
Динка вышла в центр комнаты, пытаясь идти по прямой, и даже ни разу не споткнулась. «All that I have is all that you’ve given me», — затянула она, копируя Сэм Браун. Она старательно извивалась и смотрела очень усердно, но почему-то выражение лица у Наташки становилось все скучнее и скучнее.
— Я, конечно, не знаю, как там твой Домин, — сказала она наконец, — но с таким выражением лица не стриптиз танцуют, а в электричке милостыню просят.
«Разлука, ты, разлука, чужая сторона», — немедленно запела Динка. «Мартини» шел неразбавленным как по маслу.
— Да пошел он тогда, этот твой Домин, — сказала она Наташке.
— Твой, — поправила Наташка. Динка задумалась. Зазвонил телефон.
— Дина, как дела? — голосом Домина сказала трубка.
— У тебя появилось на меня время, да, Максик? — елейным голоском спросила Динка. Наташка стала крутить пальцем у виска и отбирать трубку. Динка стояла насмерть.
