Но для этого она взяла хорошо вправо, и зачем? Никого хоть не облила?
На тротуаре стояла девушка в когда-то белом пуховичке и белой вязаной шапке с бубоном, с ног до головы облитая грязной жижей из воды и снега. Она растерянно пыталась стряхнуть капли с рук, а потом закрыла лицо и присела перед лужей на корточки. В луже плавал какой-то пакет. Максим едва сдержался, чтобы не зарядить с разворота сидящей за рулем супруге, потому что девушка возле лужи была хорошо беременной. И это была Дина.
Глава 44
— Останови, — коротко бросил Максим Рите и, видя, что она не реагирует, дернул ее за локоть, — останови, сказал.
— В чем дело, Макс? — попыталась изобразить святую невинность.
— Ты в самом деле не понимаешь? Только не делай вид, что ты ее не узнала, — Макс еле сдерживался, а она как нарочно. Тормозит медленно, протягивая машину еще дальше.
— Нет, не узнала, — строит из себя идиотку. Точнее, идиота из него.
— Тебе так нравится, когда говорят, что у Домина неадекватная жена? — и добавил, не удержавшись: — Она беременная, Рита, как ты можешь?
— Ты так взбесился, будто она от тебя беременная, — Марго фыркнула и тут же ахнула, притянутая к лицу Максима чуть ли не за волосы.
Он прихватил ее у самых корней на затылке.
— Была бы от меня, я бы тебя уже задавил, как блоху. Значит так, если Багров придет и ткнет тебя головой в такую же лужу, я пальцем не пошевелю, поняла?
Достал из бардачка пачку бумажных платочков, хлопнул дверью и даже не оглянулся. Дина так и сидела перед лужей, прижав ладони к лицу.
Может ей плохо? Подбежал, присел рядом и осторожно отнял ладони. И сердце как защемило. Плачет. Одежду жалко или просто обидно?
— Ты чего? Вставай, не реви. Подумаешь, дура по луже проехалась, что же теперь, из-за каждой дуры плакать?
— Откуда ты взялся? — смотрела на него, не мигая, как совенок. Макс достал салфетки и начал вытирать ей лицо и руки. Стерва Марго, ну и стерва. — В машине ехал, которая тебя облила. Ну, чего ты снова плачешь?
А она показала на лужу.
Макс обернулся.
— Что там?
— Там фотографии. Они намокли, — и заплакала навзрыд, как плачут маленькие девочки, у которых случилось какое-то горе, например, сломалась кукла. Максим даже испугался, что если она сейчас упадет без чувств, что ему тогда делать?
Достал из лужи пакет и заглянул внутрь. Там лежала папка, завернутая в еще один пакет.
— Ничего не намокло, смотри, — он аккуратно вынул папку, а мокрые пакеты выбросил в урну, — хватит слезы лить.
