— Зачем мне выходить за тебя замуж, Тимур?
— Бетховен распорядился отправить тебя в какую-нибудь глухомань, чтобы ты не путалась под ногами. Как моя жена ты сможешь остаться здесь, тебя будут охранять, и тебя никто не тронет.
— Разве мне что-то угрожает? — она обхватила себя руками.
— Я просто хочу перестраховаться, — уклончиво ответил Тимур и достал аптечку. — Ну что, ты мне поможешь?
— А тебе это зачем? — тихо спросила, подходя ближе. — Ты же знаешь, что я не люблю тебя.
— Потому что я тебя люблю, Дина. Я хочу, чтобы ты стала моей женой по-настоящему и буду ждать столько, сколько понадобится.
— А если.. Если никогда не стану? — внимательно смотрела на упрямо сжатые губы, вертикальную складку на лбу, сведенные на переносице брови.
— Тогда я тебя отпущу, — он открыл аптечку. Смочил перекисью ватку, приложил наощупь к ранке на скуле и зашипел. Динка подошла и отобрала бутылочку с перекисью.
— Сядь и подними голову.
Тимур терпел, пока она обрабатывала раны и ссадины, глубоких не было, все же, по лицу он пропустил немного ударов, могло быть и хуже.
А когда закончила, Тимур поймал ее руку и поцеловал в ладонь. Дина отдернула руку, как ужаленная.
— Тимур, пожалуйста. Ты же обещал…
— Дина, — он привлек ее к себе, дыша часто и прерывисто, прижавшись щекой к виску, — хочешь, я тебя увезу? Брошу все, к черту, и увезу? Нас никто не найдет, только будь моей, Диночка…
Она осторожно отстранилась, Тимур тоже понял и опустил руки.
— Я никуда не поеду, Тимур, здесь моя семья, я не могу их бросить.
— А я хочу, чтобы у нас была семья, с тобой. Я хочу тебя, Дина!
Она замолчала и снова обвила себя руками. Тимур устало потер лицо.
— Иди ложись спать. Нам обоим надо отдохнуть.
— Я не буду спать в твоей спальне, Тимур, у тебя есть свободная комната?
Он кивнул и вышел из кухни, указывая, куда ей идти. Еще один командир. Тимур привел ее в небольшую уютную комнату с диваном вместо кровати.
— Здесь останавливается моя мама, когда у меня ночует. А потом я собирался переделать ее в детскую, — сказал, не глядя на нее, — постель возьмешь в шкафу, там же чистые полотенца.
Если нужно, я дам тебе свою футболку, пока не заберу у Макса твои вещи.
В сердце словно всадили нож по самую рукоятку. И провернули несколько раз. Максим сам соберет ее вещи и выставит чемодан из дома за порог. Так же, как выставил Дину из своего сердца и из своей жизни. А она будет жить здесь, в этой чужой квартире, с чужим мужчиной и носить пахнущие этим чужим мужчиной вещи.
