Холодильник, матрас, стол, табуретки…
— Стол и табуретки принесли какие-то люди, они сказали, что — от председателя ЖЭКа… А матрас, холодильник, посуду, подушки, одеяло, белье я купила заранее… Хранила все это у хозяйки, а сегодня сюда привезла.
— Надо же — как просто, а выглядит, словно чудо…
Она улыбнулась.
— Привыкай!
— С удовольствием.
Я наполнил бокалы.
— Еще я сделала копии ключей.
— Нет, ну ты точно — чародейка!
Мы снова выпили, и жена решительно убрала бутылку в холодильник.
И правильно сделала! Я не возражал. В последнее время и так частенько приходилось пригублять. Нет-нет-нет, как говорит товарищ Авросимов, с завтрашнего дня начинаю новую жизнь. А прямо сейчас — чистить зубы и баиньки. И не в одиночестве. Хватит с меня одиноких ночей. Я поднялся и хотел было шмыгнуть в ванную, но жена меня окликнула. Я обернулся. Она без улыбки показала на горку грязной посуды и не убранный стол. Ну да, понятно. Все пополам — и домашние дела — тоже.
Пока я убирал со стола, мыл посуду, Илга приняла душ. Потом сушила волосы полотенцем, что сразу навело меня на мысль, что следует раздобыть фен. И вообще — заботиться о том, чтобы в доме, по возможности, было все необходимое для комфорта. Рай в шалаше он хорош для первых, самых романтических дней, а потом захочется уюта. Пока что главный вклад в это внесла жена, следующий ход за мною. Нечего стесняться. Главное, оставаться в рамках закона, который не запрещает пользоваться личными связями, если это не в ущерб государству.
Закончив на кухне, я посетил ванную, потом отправился в спальню, разделся и лег. Матрас оказался в меру мягким, таким, какой я люблю. Подушка — в меру жесткой, что тоже хорошо. Белье шелковисто льнуло к коже, в отличие от казенного, которое выдавали в общаге. Как бы не уснуть на такой роскоши! А что, если жена не станет будить, пожалеет? Так и продрыхну до утра… Хотя, приятным делом можно заниматься и с утра, перед завтраком… Я не уснул.
В спальню вошла Илга, погасила свет — что было правильно — на окнах пока не было штор — и скользнула ко мне под одеяло.
У меня даже дыхание перехватило от прикосновения ее нежной кожи. Я осторожно обнял Илгу, прислушиваясь к ее реакции. Она не возражала. Тогда я стал неторопливо, но настойчиво продвигаться к нашей общей цели… Потом мы лежали в темноте, отдыхая.
