И запомни это, Дональд, если не хочешь всерьез поссориться со мной. Сама я и пальцем их не трогала. Не спорю, это я вызвала ураган в Канзасе, но остальное было делом случая. Смитам не повезло, только и всего. Разве ты не знаешь, что каждый год в твоей Америке тысячи людей становятся жертвами разбушевавшейся стихии?
Дональд смутился.
— Все верно, — признал он. — Но Дровосек… Разве не вы сначала подменили его сердце на каменное, а теперь и вовсе хотите убить этой булавкой Гингемы?
Корина снисходительно усмехнулась.
— И в этом ты ошибаешься, мой мальчик. Я хочу всего лишь, чтобы король Гуд был потверже и правил бы как настоящий мужчина. Мягкое сердце губило и его самого, и всю Фиолетовую страну. Булавка Гингемы вовсе не должна убить его, нет! Через день-два Гуд поднимется как ни в чем ни бывало. Но прежней мягкости и нерешительности в нем больше не будет! Это пойдет на пользу и ему самому, и всему краю Торна. Ведь он единственный наш воин и защитник! Разве можно такому королю быть слезливым и безвольным?
Мальчик почувствовал себя окончательно сбитым с толку.
Сам не зная почему, он верил словам Корины. И потом, она была такая красивая… И смотрела она на него не как на урода и калеку без роду и племени — нет, скорее во взгляде Корины читалось сочувствие и желание помочь ему.
Помочь?!
Словно понимая, что творится в душе мальчика, Корина проникновенным голосом произнесла:
— Пойми, Дональд, я не такая, какой кажусь тебе! Элли Смит нарочно пыталась сделать нас врагами. Она вернулась в Волшебную страну, чтобы стать здесь хозяйкой, разве тебе не ясно? Но для этого ей нужны преданные помощники.
Если бы я не вмешалась, то простодушный король Гуд встал бы на ее защиту, и глупый соломенный Страшила — тоже. И тогда ты стал бы ей просто не нужен. Скажи, разве она обещала вернуть тебе здоровые ноги?
— Нет, — признался озадаченный Дональд, — Но она хотела попросить Стеллу…
— Чушь, — резко отрезала Корина. — Стелла не может творить подобные чудеса! Она владеет лишь секретом вечной молодости.
Наверное, Элли хочет попросить, волшебницу, чтобы та навсегда вернула бывшей старухе облик двенадцатилетней девочки?
— Да, — кивнул Дональд."
"— Вот видишь! — торжествующе сказала Корина. — Элли заботится только о себе. Ты ей нужен лишь как послушное орудие для исполнения ее замысла, не более того. Но я, королева Корина, совсем другая! Я — настоящая волшебница, ты сам мог в этом много раз убедиться. Мне повинуются и дожди, и ветры, и реки, и горы.
