Видимо, успешное соавторство. Я взяла третью книгу «Пытки для всех», которая лежала отдельно, но на ней значился только И.Я. Живодер. «Памяти моего покойного соавтора посвящается…», - прочитала я предисловие на первой странице.
Что-то мне подсказывало, что принц – еще тот массовик-затейник!
— Брррр! – поежилась я, глядя на скромную библиотеку принца. Книга «Оборотни и их виды» ужаснула меня иллюстрациями. Так, про фей мы забираем, пусть ищет себе приличный кирпич. Принц он или не принц?
— Принц! – закричала я, листая книгу «Есть ли жизнь после укуса оборотня», где кроме схемы массивных челюстей виднелись девственницы, разбегающиеся в разные стороны.
– Так, где этот замкорощенный садист?
В ответ была тишина. Я брезгливо посмотрела на страшные инструменты, развешанные по стенам, пытаясь понять, чем руководствовалась очень добрая фея посылая крестницу в увлекательный брак с махровым садистом!
— Так! – вышла я из комнаты, глядя на то, как крестница опустила голову, тихо рыдая.
– Сейчас я отвезу тебя обратно домой! Все будет хорошо! Только придется кое-что проверить…
Слово «оборотень» не давало мне покоя. Хватит! Я уже достаточно ошибок допустила! Не хочу, чтобы ошибка стоила мне жизни!
— Только быстрее! – задергалась несчастная, паникуя и глядя в сторону двери. – Он уже где-то близко!
Послышался пронзительный вой, а я бросилась в комнату, листая книгу про оборотней. Так, где-то я видела! Вот! «Единственный способ проверить, оборотень или нет, — воспользоваться серебром! Приложите серебро к телу оборотня.
Даже если он в человеческом обличье, то у него останется ожег!».
— Нужно найти что-то серебряное! – дергалась я, перебирая мусор на столе. Старинные ящики с золотыми ручками со скрипом выезжали обнажая горы всякого хлама. Так, а это что у нас?
Я держала в руках серебристую монету. «Один серебрянный», - прочитала я, видя на другой стороне корону и витиеватый герб.
— Отлично! – обрадовалась я, прижимая к груди книгу про фей и сжимая в кулаке монетку.
– Одну минутку! Сейчас я хочу кое-что проверить…
Я приложила монету к обнаженному плечу девушки, видя роскошное кружево платья, съехавшее вниз. Она не кричала, не дергалась, а кожа была чистой без каких-либо следов.
— Крестная, что ты делаешь? – прошептала страдалица, а по ее щеке стекли два ручейка слез. – Быстрее, крестная… Я боюсь его!
Я дергала наручники, но они не поддавались.
