Обернувшись, Яни стал заметно выше, его огромный хвост сжимал жертву с такой силой, что мне стало немного не по себе. Элоиза побелела и явно задыхалась.
– Яни, – произнесла я как можно спокойнее, – пойдем в комнату, поздно уже. Что на нее время тратить. Озабоченная мужиками облезлая кошка.
– Иди, Аля, – прошипел он, мягко сжимая клыками мочку уха Портовски. – Я тебя догоню.
– Не годится, братец, – покачала головой, – идем вместе, а то ты еще это действительно покусаешь и подцепишь чего. Брось каку!
Подойдя к нему вплотную, потянула нага за руку.
Белая как мел Портовски, кажется, уже не дышала.
– Как скажешь. – Яни ослабил кольца. – Так и быть, оставим нашего учителя в покое. Считайте, милейшая Элоиза, что вы получили первое предупреждение.
Осев мешком на пол, она трясущимися руками закрыла лицо. Не понравилось быть в роли жертвы? Усмехнувшись, я все-таки утащила своего кровожадного змея на лестницу.
– Зря ты так, Аля, – он постоянно оборачивался на Портовски, – она ведь не успокоится."
"– Ее проблемы, – отмахнулась, – хочет вести охоту на Эмеса – вперед! Чем скорее копья об него обломает, тем быстрее угомонится.
– Наивная, она ведь проклятийница, такие прощать не умеют…
– Яни, она учитель, понимаешь?! А мы в академии. Я не хочу неприятностей.
– Ты ее испугалась?
– Нет, скорее за нее. Ты бы себя видел! Ужас просто. – Покосилась на его хвост, торчащий из-под клетчатой зеленой юбки.
– Я бы ее не тронул, только попугал. Основательно так, до заикания.
– Думаю, ей хватило, – не удержалась от зловредного смешка.
Несмотря на видимое веселье, на душе остался паршивый осадок. Элоиза перестала казаться мне пустоголовой дурочкой.
Нужно быть с ней начеку.
Глава 17
Поздняя осень в этом году, по словам Яни, выдалась на редкость холодной.
Прошел еще месяц. Я упорно училась, хотя особо похвастать пока было нечем. Только проклятия шли на отлично. Яблоки стабильно гнили, еда в тарелках моих недругов тухла. Мамия со своей кодлой худела на глазах.
Ректор словно тень ходил за мной по коридорам, но не приближался.
Портовски висла на Эмесе куда активнее, а он будто и не был против. Или просто не замечал. Хотя сложно было не отметить, что ворот сюртука ему были не против пригладить и остальные преподавательницы академии, за исключением разве что пожилой Энью. А когда поблизости не было коллег, Эмеса осаждали студентки, резко возлюбившие искусство создания артефактов. Все стремились попасть в его группу дополнительных занятий.
