В воздухе материализовались восемь длинных ледяных игл и с невероятной скоростью пробили плечевые, локтевые, коленные и голеностопные суставы, приковав бойца к земле и, фактически, мгновенно превратив его в инвалида. Трифон дёрнулся от боли, но тело стало ватным. Хотел закричать, но в глотке стоял ком от животного ужаса, охватившего его. Парнишка, стоявший перед Трифоном, не спеша подошел ближе и присел на корточки."
"— Доброго утра, дяденька, — поздоровался парень и добродушно улыбнулся. — Расскажи, пожалуйста, зачем вы за нами следили? — В следующее мгновение голос мальчугана стал стальным, а на лице появилось безумное выражение.
— А если не расскажешь, я сожгу тебя заживо.
Трифон впервые в жизни почувствовал себя жертвой. А ещё ощутил, как что-то тёплое распространяется в районе паха.
* * *Думаю, каждый из вас знаком с чувством страха. Мерзкая, липкая гадость скручивает живот, заставляет руки и ноги дрожать, сердцебиение и дыхание учащаться. Но это не страх, на самом деле. Это реакция организма на опасность.
Тело впрыскивает в кровь бешеную дозу адреналина и прочих гормонов, давая вам возможность сделать выбор. Бить или бежать?
У Трифона такого выбора не было. Он лежал на снегу и с ужасом смотрел на меня, понимая, что живым из этого леса не вернётся. Трифон мог выбрать либо быструю смерть, либо долгую и мучительную. Так или иначе, он бы мне всё рассказал.
Мужик Трифон не глупый — и запел соловьём. Поведал о том, что весь Ленск завидует нашим успехам. А когда бойцы узнали, что мы заработали тридцать тысяч за одну вылазку, так и вовсе решили придушить нас при первой удачной возможности.
Если бы не Фрол со своим фаер шоу, то по нашему следу отправилось бы намного больше разломщиков.
Губы Трифона дрожали, он тараторил так, будто опаздывал на поезд и пытался разболтать всё, что знал. Я использовал Всевидящее Око и убедился, что ребята в порядке, как раз добили последнюю тварь и стали потрошить туши, доставая из них Слёзы Мироздания. Я склонился над Трифоном и влепил ему пощечину.
— Дядя, расскажи, откуда у вас генератор барьера? — Мужик уставился на меня, как баран на новые ворота. — Та штука, куда вы кристаллы вставляете, а она вас защищает с воздуха, — пояснил я.
— Н-н-не знаю. Её Барс притащил. Ме-ме-меня тогда ещё в б-банде не было.
Глядяв его глаза, я понимал, что Трифон не врёт. Да и ещё бы он врал? Мы склонны недооценивать опасность, часто это играет с нами злые шутки. А порой — становится фатальным.
