— Во рту от такого количества слов тут же пересохло и медсестра услужливо дала графу попить. — Будь осторожен с имуществом Архарова. Этот старый ублюдок оставил много сюрпризов.
Малышев хотел расспросить, что произошло, но услышал в трубке, как открывается дверь и в комнату кто-то входит.
— Врач пришел. До связи, — сказал Черчесов и сбросил вызов.
Малышев ещё минуту стоял, держа трубку рядом с ухом, и смотрел в пустоту. Потом он повернулся к безопаснику и сказал:
— Дай ещё одну папиросу. Хочу, чтобы мне стало так плохо, что на фоне этого всё происходящее стало незначительным.
Понимаешь?
— Никак нет, ваша светлость. Не понимаю, — ответил безопасник и передал графу новую папиросу.
— Может, оно и хорошо, что не понимаешь, — задумчиво проговорил Малышев, подпалил папиросу, сделал затяжку и снова закашлялся. — Ну и гадость, — прохрипел граф.
* * *Хмурое утро было под стать нашим хмурым лицам. Холодина, идём вдоль реки, над которой стелится туман. На противоположном берегу в кустах зарычала какая-то тварь, сделав нашу прогулку ещё и напряженной.
Сергей постоянно нюхал воздух и озирался по сторонам, Артём прислушивался, и только Леший устало зевал, топая вперёд.
Вчера казалось, что дым был совсем рядом, но пройти до деревни пришлось километров пять, не меньше. Село Троицк спряталось в излучье реки Ирень. Довольно крупное село на сотню домов, большая часть которых оказались разрушены. Опасливо поглядывая по сторонам, мы скользили от руин к руинам, пытаясь заметить паливших костёр раньше, чем они заметят нас.
Вот только в селе никого не было. По крайней мере, об этом говорило Всевидящее Око. Зная, что доминанта порой сбоит, мы, не спеша, обследовали всё поселение. Наткнулись на две аномалии. Одна у самой речки, её было трудно не заметить. По земле стелился густой туман, от которого замёрзла часть реки, песок покрылся инеем, а камыш обратился в лёд.
Вторая же прижалась к администрации сельского поселения. Рядом с этой аномалией пахло пылью. Визуально ничего не предвещало беды, кроме пары статуй, замерших в неподвижной позе.
Это были крысы размером с собаку. Судя по всему, они выбежали из администрации и попали в поле действия аномалии, после чего их тела обратились в камень.
— Спорим, попаду вон той в башку, — азартно выпалил Леший, схватил камень с земли и запустил в дальнюю крысятину.
Пролетев десяток метров, камень угодил крысе по спине, от чего та пошла трещинами и рассыпалась, словно была сделана из сухого песка.
