Как обычно, последнее слово осталось за мной.
— Идём на дым. С нас взять нечего, а значит, точно не ограбят, — рассудил я.
— А если там работорговцы? — опасливо спросил Макар.
— Если работорговцы, то пятилетка и четыре восьмилетки будут лишь обузой. Сам рассуди, на что способны дети? Грядку всполоть, да дров натаскать? Взрослый раб может намного больше, причём цена его не сильно отличается от цены ребёнка.
— А ты откуда знаешь? — удивился Прохоров.
— В книжке вычитал, — соврал я, ведь в прошлой жизни я десятки раз бывал на невольничьих рынках халифатов и знал, какие там цены.
Правда, после моего посещения эти рынки исчезали с лица земли, а рабы обретали свободу, но это не важно. Важно то, что на самом-то деле детей там отлично покупали — и лучше, чем взрослых. Куда проще взрастить покорного раба с младых ногтей, чем сломать уже взрослого. К тому же, среди покупателей бывали разного рода извращенцы, таких я убивал с особой жестокостью.
Суть в том, что я не могу рассказать об этом ребятам, иначе они откажутся идти в сторону дыма.
А нам нужны припасы, одежда, оружие, да много чего нужно. Сейчас мы на самообеспечении и неплохо справляемся. Порой неплохо, а порой — довольно паршиво. Чтобы улучшить наши шансы на выживание, нам нужны люди. К тому же, мы собирались рано или поздно выбраться из аномальной зоны и направиться в ближайший город.
Вот наш шанс, белеет вдалеке. Осталось только дотуда добраться. А уже темнеет. Оценив риски, я сказал:
— Пойдём завтра. Не хочу, чтобы по дороге на нас напала какая-нибудь пакость.
— А если охотники уйдут? — спросил Лёха с тревогой в голосе.
— Если уйдут, то всяко оставят следы. По ним мы их и найдём, — констатировал я факт."
"— Резонно, — кивнул Леший. — Остановимся вон в том домике? — Лёха указал на дачный домик, стоящий на окраине деревни.
Хозяин халупы успел заколотить окна и двери перед тем, как сбежать отсюда. Это нам было на руку.
— Да, отличный вариант, — согласился я.
Так мы и поступили. Разместились, заперли за собой дверь, после чего настал черёд Макара творить магию.
Магию вкуса. Сварил макароны, слил воду, потом в этой же кастрюле обжарил макароны и добавил туда последнюю банку консерв. Вышли хрустящие макароны с мясом. Интересное блюдо. Хрустит на зубах, жирненькое, солоноватое, голод прогнало на ура.
Поели и легли спать. Правда, выспаться не удалось. Около трёх утра Артём растолкал меня и прошептал:
— Слышишь?
А я и правда слышал. Парочка носов фыркала, шастая вокруг нашего домика.
