Джилл это тоже раздражало. Эвиас сделал бы все, чтобы защитить ее. Она не могла позволить Дэкеру Филмору победить. Он заставит Эвиаса разрешить ему вернуться на Аляску, чтобы мучить и убивать вамп-ликанов. Ее паре придется забыть о своей чести, и все из-за Джилл.
Дэкер откашлялся и повернулся лицом к валуну.
— Я здесь, чтобы заключить с тобой сделку. Я отдам тебе внучку в обмен на…
— Черт возьми, нет! — заорала Джилл. — Я снова убегу со следующим парнем, который захочет увезти меня отсюда! — она не могла позволить Эвиасу дать обещание, которое он должен будет сдержать, обещание, которое погубит невинные жизни.
— Не утруждай себя такой сделкой, летучая мышь. Я никогда не позволю тебе трахать меня и пить мою кровь!
Она внутренне содрогнулась от своих слов, но ей нужно было убедить похитителей, что они с Эвиасом не любят друг друга. Джилл никогда не забудет ту ночь, когда встретила его. Тогда он не убил Буна и Коула. Он ненавидел их, но обладал честью, не позволявшей нарушить обещание. Дэкер Филмор использовал доброту Эвиаса, чтобы победить.
«Не сегодня… если у меня все получится».
Дэкер схватил ее за горло свободной рукой, крепко стиснув пальцы.
— Думаешь, я не нажму на эту кнопку? — он помахал детонатором у нее перед носом. — Ты умрешь, если лорд Эвиас и его люди нападут из-за твоих выходок.
Джилл не могла ни говорить, ни дышать, пока он не ослабил хватку и не отпустил ее. Воздух снова наполнил ее легкие, из-за чего она сделала несколько глубоких вдохов, посматривая на Дэкера.
На его лице отражалось безумие… но также Джилл видела отчаяние. Она мысленно отметила то, что узнала об этом человеке. Он был жадным, глупым, эгоистичным и не испытывал никаких угрызений совести, трахая мозг окружающим. Дэкер даже признался в убийстве собственной пары…
«Ха. Бинго».
Джилл прочистила горло, прежде чем прошептать:"
"— Я тоже желаю получить выгоду от этой сделки, в ином случае я напомню ему, почему он не хочет меня. Думаешь, в этом случае его будет интересовать, нажмешь ли ты эту кнопку? — она выгнула брови, глядя на своего так называемого дедушку.
— Так ты хочешь сотрудничать? Как я понимаю, от меня требуется забраться в постель к этому, — она мотнула головой в сторону Эвиаса, стоящего на массивном валуне, — страшному чуваку. Считаешь, я с радостью соглашусь? Ответом будет «нет». Он превращается в камень, делает какую-то странную хрень глазами, из-за чего они напоминают шаровую молнию, и называет меня гребаной наложницей.
