— Пугают настолько, что удержать язык за зубами становится очень трудно.
Извиняться за то, что перебил меня, разведчик, разумеется, не собирался.
— Не думал, что такого славного воина можно напугать простыми разговорами, — притворно удивился я.
— Я тоже не думал, — Марк слегка поморщился, — пока не познакомился с тобой.
В голосе разведчика слышалась плохо скрываемая усталость. Готов поспорить, бедолага уже не раз пожалел, что ввязался во всю эту авантюру, и его можно было понять — вряд ли именно о такой «весёлой» пенсии он когда-то мечтал.
— Знакомство со мной открыло для тебя много крайне интересных возможностей, — возразил я."
"— Каких? — с неподдельным изумлением спросил Марк. — Я пока вижу только одну — сдохнуть, не дожив до почтенной старости…
— Легионер, который не убит к сорока годам, дерьмо, а не легионер, — я немного изменил слова одного известного наполеоновского генерала. — А что насчёт возможностей… Твой вопрос лучше адресовать очаровательной синекожей дамочке, которая сейчас сладко посапывает внизу.
Марк при упоминании Барталомеи покраснел. Взрослый мужик, прошедший огонь и воду, смутился как неопытный подросток, когда разговор зашёл о его любовном интересе.
— Хорошо сказано, — с хрипотцой в голосе сообщил он. — Твои слова могли бы стать девизом нашего легиона… При случае обязательно передам их остальным ветеранам.
— Такой случай представится очень скоро, — я перешёл к делу. — Потому как именно твои друзья-ветераны нам и нужны.
— Чего ты хочешь? — медленно спросил разведчик.
Он сверлил меня взглядом.
— Хочу, чтобы ты рассказал своим товарищам кое-что, — спокойно ответил я. — Кое-что очень важное.
Ворону пора было узнать о том маленьком «рандеву», которое намечалось между мной, «пальцами» и людьми из Вольных баронств, сопровождавшими столь нужный ему артефакт. Но как донести до моего бывшего коллеги эту информацию? В лоб действовать нельзя — требовался вариант поизящнее. И он у меня был.
Если Сабалею выпал шанс проявить себя, отработав «по площадям», то Марку предстояло сделать всего один «выстрел».
Один, но зато прицельный — такой, который наверняка поразит цель.
— Думаешь, среди ветеранов есть предатель? — разведчик сразу понял, куда дует ветер.
Я неопределённо пожал плечами. Во время нашего разговора Ворон проявил удивительную осведомлённость о моих договорённостях с графом. И означать это могло лишь одно — у моего бывшего коллеги в замке был свой человек.
