Едва сдерживая слезы, выпрямляюсь. Таращусь на опустевшее место, часто моргая.
– Ты сама его прогнала, – протягивает с издевкой Самсонов, когда автобус вновь трогается.
– И правильно сделала, – поддерживает меня Валик.
Только мне от этого легче не становится.
Остаток пути я лишь тем и занимаюсь, что прислушиваюсь к разговорам в задней части автобуса. Страдаю каждый раз, когда Кира или Ян смеются. А еще она периодически визжит, будто он ее там щипает. Ну, или… Не имею понятия, что он с ней делает.
Мне в любом случае больно.
– Да я не шучу… Клянусь, что делала это много раз!
– Прям клянешься?
– Ну да… Уверена же. Проверишь меня?
– Почему бы и нет…
«Нужно забыть о Нечаеве», – твержу себе.
Однако сию секунду это кажется невозможным.
Да на что мне надеяться… Я третью неделю пытаюсь.
Святослав Усманов: Почему ты мне не сказала, что едешь куда-то с футбольной командой? Как это вообще понимать? Почему в последнее время я все узнаю от Валерии Ивановны? Я в шоке, Ангел! Мне через две минуты на дежурство заступать, а я, на хрен, выбит! Как мне выдержать ночь?! Я очень расстроен!
А вот это уже отрезвляюще.
Пока набираю ответ, незаметно выпиваю кофе. Он сейчас действует успокаивающе.
Юния Филатова: Тебе не из-за чего расстраиваться. Как и не о чем волноваться. У меня все хорошо. Я с Валиком. Позвоню тебе после дежурства. Специально встану ради этого в 7 утра.
Святослав Усманов: Не разговаривай с НИМ! Я тебя люблю!
Юния Филатова: Хорошо. И я тебя.
Наконец, Свят пропадает из сети, и я откладываю телефон обратно в сумку.
«Наконец-то?» – невольно на своих мыслях зацикливаюсь.
Черт…
– Не хочу лезть, – проговаривает Валик несмело. – Но твой Усманов ведет себя как абьюзер.
– Неправда! Не смей о нем так говорить, – возражаю горячо. – Свят просто переживает. У нас сложный период. Отношения на расстоянии – испытания для любой пары.
– Ну… Может, – соглашается Андросов.
В то время как наблюдающий за нами Самсонов с той же издевкой хмыкает.
– А ты не развешивай уши, – бросаю, вспылив. Сама от себя в шоке, но слишком расстроена, чтобы остановиться. – Отправляйся на галерку к своему товарищу.
Макс на мою резкость реагирует холодно. Но с места не сдвигается до конца пути.
– Заселяемся по два человека в комнату. Мне плевать, кто с кем ляжет. Я вам не папа, не мама. Но чтобы после одиннадцати дверь каждой чертовой комнаты оставалась закрытой, и во всем доме сохранялась тишина.
