Фрик налетел сзади, Алиса потеряла равновесие, взмахнула рукой, туфля угодила парню по уху…
Жених с невестой и гости замерли, ведущая забыла слова, когда Алиса и Фрик с шумом свалились в искусственный водоем, подняв кучу брызг.
Глава седьмая
«Я его убью. Я ему кишки на руль намотаю в качестве украшения, а из зубов ожерелье сделаю. Да я из его кожи себе плащ сошью. Хотя нет, больно мне его шкура нужна, вся облапанная дурами»."
"Алиса вертелась в кровати, как угорь на сковородке. Время уже давно перевалило за полночь, но сон все не шел.
Перед глазами то и дело вставали картины со свадьбы.
«Зрителей вокруг водоплавающих собралась масса. Подбежали официанты и охрана, чтобы помочь выбраться Алисе и Фрику из воды.
– Я ее спасу, – заверил парень, пока девушка отфыркивалась и пыталась убрать с лица намокшие волосы. Пусть в водоеме воды было чуть выше пояса, намокли оба с ног до головы.
Фрик ловко подхватил девушку под мышки, дернул наверх, потом поднял на руки.
– Удод! – Алиса вдруг залепила ему пощечину, гневно сверкая глазами в живописных подтеках туши.
Просто Фрик ухитрился при взятии ее на руки одну руку расположить на обтянутой мокрым шелком попе, а ладонь второй каким-то образом плавно переместилась на грудь девушки. Такого нахальства Алиса, конечно, вынести не могла. Пощечина получилась как-то сама собой.
Парень обиделся и разжал руки, девушка с воплем полетела обратно в воду. Но ухитрилась так зацепиться за парня, что Фрик тоже булькнулся вслед за ней. Зрители, поняв, что жизни купальщиков ничего не угрожает, тихо помирали от хохота.
Охранники топтались у края, то и дело повторяя просьбу вылезти из воды. Лезть туда самим в прохладный осенний вечер им явно не хотелось.
Бросая друг на друга злобные взгляды, Алиса и Фрик добрели до берега, где тут же оказались окружены народом».
«Хорошо, что папа Дашки что-то сказал менеджерам клуба. А то точно выкинули бы за порог. – Алиса попыталась свить из одеяла гнездо. – Охрана бы и вышвырнула. Черт, этот мутант словно специально выставил меня в смешном виде.
А сам ржал, как конь педальный, и кривился, словно от моего вида у него зубы заболели».
Фрик и правда перестал хохотать, когда увидел, как Алиса окончательно вышла на берег. Ночи в сентябре не то что летом, и девушка моментально задрожала. Мокрое шелковое платье холодной перчаткой прилипло к телу, обрисовав все контуры, волосы холодили плечи и спину, потекшая краска на лице превратила девушку в разрисованного Арлекино.
