Мы сидим у ее дома за столом, который буквально ломится от угощений. Смеемся. Леша рассказывает про свою жизнь в Испании, о работе, об отце, который женился во второй раз.
— Наконец-то.
Он искренне рад за него. Дядя Женя много лет горевал по своей любимой жене и матери своего единственного сына — Людмиле. Наконец-то, действительно наконец-то, он снова счастлив. Леша рассказывает с упоением о своей мачехе, которая, как оказалась, возраста Олега. Ей тридцать.
— Это ничего, если честно, я своим стариком горжусь.
Да и Эльза — шикарная. Веселая вся такая, работает с ним. Специалист по связям с общественностью.
Меня снова колет, если честно. Эти специалисты по связям с общественностью что? Сексуально притягательная профессия? Ох, боже, нет. Только не сейчас. Не хочу думать ни о ней, ни о муже, тем более не о их рандеву, хочу быть здесь и сейчас. Физически и ментально далекой от всего этого ада, поэтому делаю большой глоток домашнего, сладкого вина бабушки Маруси и улыбаюсь. Искренне при том, ведь возвращаюсь за стол, впервые за долгое время отделенная от своих проблем.
Будто их и нет. Как в детстве не было."
"— Алис, у тебя все хорошо? — тихо спрашивает меня бабушка, когда мы заносим посуду в дом, чтобы спокойно лечь спать.
Черт. Поняла. Нет. Не хочу ее грузить, киваю.
— Да, бабуль, я просто охмелела совсем.
Бабушка подходит ко мне со спины и обнимает за плечи, пару раз трет их и шепчет.
— Все наладится, вот увидишь. Брак — это всегда сложно. Все ссорятся.
— Как ты поняла?
— А что тут понимать? У девочек всегда глаза грустные из-за мужчин, но Олежа у тебя хороший.
— Ты его не знаешь.
— И вот это меня сильно беспокоит. Почему я до сих пор с ним не знакома?!
Потому что ему насрать. Каждый раз, когда я ездила к ней, он говорил, что у него слишком много работы, а по факту ему просто было наплевать. Зачем знакомиться с еще какими-то родственниками, особенно если это формально и не родственники? Ему за это никто по голове не собирался давать, значит и неважно совсем.
Я даже не жалею больше, что бабушка во время моей свадьбы была не здесь. Она тогда срочно улетела на восемь месяцев к сестре в Воронеж. И хорошо, что так, правда ведь хорошо. Хотя бы она не участвовала во всем этом представлении лицемерия и лжи…
— Он постоянно работает, — вру тихо, — Тендер на носу.
— Ох, он у тебя работяга, конечно, но жить же когда? Поговори с ним об этом, а потом бери и приезжайте ко мне.
