Нет, ладно, это я еще приуменьшил — припаркован он просто отвратительно, будто его слепой сюда ставил, но я решаю мудро промолчать. Алиса, видимо, пропустила мимо ушей все мои уроки…
— Алиса…ужасно паркуется. Просто какая-то беда, совершенно не может подобрать правильный угол.
— Может не привыкла?
— Да, машина то новая, ты прав…Но, боюсь, дело тут не в этом. Опыта нет, да и с геометрией у нее совсем плохо.
— Научится еще, не переживайте.
— А ты не подсобишь? — перевожу на него взгляд, а сам стараюсь себя не выдать, но он так хитро на меня посматривает, что сразу все ясно: знает.
— Вы же знаете, да?
Кивает и посмеивается, глуша свой внедорожник, потом пожимает плечами.
— Она сказала, что ты пытался ей помочь.
— Простите…я думал, что она не хотела, чтобы вы знали.
— Ничего страшного. Она очень расстроилась, подумала, что ты решил, будто она — дура набитая. Я это заметил, да и Алиса врать не умеет совершенно…
— Я так не думал.
— Знаю, Олежа. Не напрягайся ты так, я вообще спасибо сказать хотел за помощь.
— Да…не за что.
— И все равно. Спасибо. Ну что? Вон мои девочки…Пойдем, я представлю тебя жене.
Светлана Олеговна очень красивая женщина, понятно в кого Алиса такая — они сильно похожи. Обе светленькие, маленькие, но при этом весьма выдающиеся в нужных…Так, стоп. Я сразу бью себя по рукам и отвожу взгляд от Алисы, на которую сложно не смотреть. Она ведь действительно очень красива, а еще улыбчива и вообще лёгкая такая, я сразу это чувствую. Мягкость. Светлана Олеговна, конечно, тверже.
Нет, она безусловно не возьмет приз за номинацию «самая строгая мать года» — видно, что в дочери души не чает, — но при этом я чувствую в ней стержень. Как военный, ты сразу это чувствуешь, будто со званием приобретаешь какой-то особый ген. При этом твердость ее не как груз на шее, скорее уважение вызывает, потому что общаться с ней очень легко. Хотя бы на первых парах, но легко…
— …Вы чудный, молодой человек. Степа о вас только и говорит! Олежа то, Олежа сё! Как хорошо, что вы приехали.
— Еле затащил его, — усмехается мой начальник, а потом глазами в меня стреляет и «корит» так по отечески, — Не хотел ехать, все ему неудобно, видите ли!
— Характерный, значит? Это хорошо. Это важно, иметь на все свое мнение, но, надеюсь, после нашего ужина, оно не испортится.
— Я просто…кхм, неудобно это. У вас семейный ужин, а тут я…
— Что вы, что вы! — мотает головой Светлана Олеговна, приглашая на веранду, — Глупости какие. Мы с вами теперь считай семья.
