– Наверное, первое, – отсалютовал Мудрому Савва.
– Хорошо. А то я уже подзадрался доказывать, что не жираф. Думал, как для дебила тебе придется раскладывать, что мною двигало, когда я женился на Таньке.
– Ну, тут трудно не догадаться.
– Осуждаешь?
Савва опустил край рюмки в соль. Покатал туда-сюда, чтобы та равномерно его покрыла.
– Нет, – заключил, наконец. – Я… осознаю уровень ответственности, скажем так. К тому же ты был не самым дерьмовым отчимом.
– Я сделал меньше, чем мог, – неожиданно признался Аркаша.
– Теперь, когда у меня есть Егор и Акуленыш, это понятно. Тогда я был уверен, что даю максимум.
– Да брось. Нормально все. Вроде не дебилом вырос.
«Да. Просто недолюбленный очень. Его помани, пригрей… Пойдет как телок за любой. Куда только смотрели его американские подружки?» – подумал Мудрый.
Савва опрокинул рюмку. Даже калифорнийский загар не скрывал того, как он раскраснелся. Не похожий ни на отца, ни на мать – высокий, подтянутый, белозубый… В общем, в плане конкуренции – худший вариант из возможных.
Но, сука, единственный в их случае.
Мудрый отпил прямо из бутылки. Что толку марать посуду? Желудок обожгло. Или это в груди?
– Ты мне скажи, тебе совсем было похуй, че там отец? – спросил вдруг Савва.
– В каком смысле?
– Ну, как он реагирует на то, что ты с его женой замутил? Вы же дружили, все такое… Или когда на кону большие бабки, дружба – дело третье?
Малыш подвыпил. Оттого его и несло. Вряд ли бы он такое спросил на трезвую голову."
"– Дружба, когда на кону бабки – великая ценность, Саввун.
Другое дело, что ни черта твой отец не мог думать. Помер он, Савва. Все…
– А как же жизнь после смерти?
– Ее не существует. Жизнь после смерти придумали люди, которым страшно умирать.
– В чем же тогда смысл жизни?
– В ней самой.
– Хм… Исходя из этой концепции, я остался один во всем мире.
Ох уж эти пьяные разговоры! Впрочем, даже они были Мудрому на руку. Он поманил Савву пальцем, чтобы тот наклонился. Потрепал его по голове, как делал в детстве.
– Посмотри сюда, – расставив пальцы вилкой, ткнул в район глаз. – Хорошо посмотри. А теперь скажи, что ты видишь?
– Тебя.
– И? Разве ты один?
– Нет, – отшатнулся молодой Грос, возвращаясь в кресло. – Не бери в голову. Я имел в виду родственные связи.
– Мальчик мой, ты уж мне поверь, родственные связи не самые прочные. Это нам с детства вдалбливают, но на деле… В жизни полно людей гораздо более близких, чем родные по крови. Будь то мать, отец, брат или сестра.
