В их случае – неизбежно при свидетелях.
– Сказано – молодость, – фыркнул Аркаша. – Язык-то у тебя хорошо подвешен.
– И не только язык, – решила поддержать веселый тон беседы Альбины, потираясь щекой о руку мужа, но не отводя потеплевшего взгляда от Саввы.
– Пару месяцев придется подождать. Как минимум. А там маленький ребенок, на которого будут уходить, возможно, все силы… Не жди, что потом дорвешься, – заметила строго.
– Посмотрим.
Савва кивнул. И не желая продолжать тему, от которой у него уже сейчас каменело в штанах, откашлялся:
– Так ты не сказала, что с бумажками? Разве не пора этим заняться? Дать мелкому имя…
– Уже.
– Да? А почему вы мне не сказали? – натурально напрягся.
– Потому что тебя больше волновали его отчество и фамилия, – закатила глаза Альбина.
– И?
– Это Герман. Герман Грос. По-моему, звучит.
Эпилог
Мужчина может иметь хоть миллион детей. Его биология это позволяет, в отличие от биологии женщин, количество яйцеклеток которых закладывается еще в материнской утробе и является конечным.
Учитывая же, что единственной задачей человека с точки зрения этой самой биологии является собственное воспроизводство, неудивительно, что испокон веков за женщин шла такая борьба. Удивляло, что даже тут они выбрали иной путь…
– Гера, сынок, да отдай ты этот букет! – усмехнулась Альбина. – Что ты в него вцепился?
– Не отдам! Я сам его подарю учительнице.
– С этим никто не спорит. Вот доедем до школы, и, конечно, подаришь, – кивнула Альбина, вынимая из ладошек Германа-первоклассника злосчастный букет гладиолусов.
– Акулин, тебя еще долго ждать?!
– Сейчас! – проорала та из глубин дома. – Все равно Егор не готов.
– Готов, – буркнул Егор, появляясь на пороге. Поступив в этом году в универ, он страшно злился, что ему не разрешили гонять туда за рулем подаренной отцом по такому случаю бэхи, но Альбина была непоколебимой – вот как исполнится восемнадцать – так пожалуйста. А пока – нефиг. Савва, который чисто по-мужски Егора понимал – кому не хочется пофорсить перед девчонками на крутой тачке, вступаться за пацана не стал.
Толку? Если даже его отец предусмотрительно слился еще в самом начале конфликта? Да и восемнадцатилетия ждать оставалось не так уж долго.
И вот теперь дружной толпой они собирались кто в школу, кто в универ. Охрана вешалась, разводя их маршруты. Впрочем, им было не привыкать.
– Привет, Акуленыш, – хмыкнул Савва, вручая расфуфыренной Акуле букет. – Я бы на твоем месте стер помаду, пока папа не видел.
