– Петька щелкнул пальцами по шее. – А помнишь, нас погнали на уборку территории прошлой весной? А нет, ты тогда болела… Короче, Горр тогда в наглую свалил. Типа, делать ему нечего – мусор собирать. И все за ним следом слиняли. Завучиха тогда такую бучу подняла, предков в школу хотела дернуть. А Дэн всё на себя взял. Заявил, типа, он нас сам отпустил, все претензии к нему.
– И что, Петь? Это дешевый авторитет. Пусть он хоть сто раз вас прикрыл, сегодня он себя повел по-уродски. Скажешь, нет?
– Ну да, но…
– И знаешь что еще, этот Горр сегодня мне угрожал.
– Горр? Тебе? Как? – округляет глаза Петька.
– Сказал, что я должна подтвердить все это вранье, иначе мне будет плохо.
– В смысле – плохо? – хмурится Чернышов.
Я пожимаю плечами.
– Он не конкретизировал. Просто сказал, что мне не поздоровится.
– Ничего себе! – тянет с присвистом Соня. – А ты что?
– А что я? Я буду поступать так, как считаю нужным.
– И правильно! – подхватила она.
– Ничего неправильно, – встревает Чернышов.
– Лен, ну нафиг тебе это надо? Ну, серьезно. Чего тебе лезть на баррикады? Нет, я все понимаю. Дэн накосматил. Виноват. Но это же не прям какое-то ужасное преступление. А вот сознательно предать – это хуже, чем один раз вот так сорваться.
– Ты считаешь, если я скажу, как было, – это предательство? – ушам своим не верю.
– Ну, типа того, – мнется он.
– И кого же я предам? Дэна? Так я ему клятв верности не давала.
Петька теряется, но потом снова вскидывается:
– Лен, ну, вот дался тебе этот Жук?
– Илья тут ни при чем.
Меня сама ситуация возмущает. Поэтому я скажу правду, нравится это кому-то или не нравится.
– Ну и зря. Горр прав, тебя же сожрут за п… стукачество. Лен, даже если ты сто раз права, это все равно считается стукачеством, как ни крути. И стукачей не прощают. Ты же знаешь, ну? Тебе же устроят… я даже думать не хочу. Жуку еще будешь завидовать."
"– Не преувеличивай. Ну что мне может Горр сделать? Ну вот серьезно? Бойкот объявить, как в пятом классе? Смешно.
Даже если и так – мне все равно. Я, может, и сама не сильно хочу общаться с таким классом. У меня есть вы. Что ещё? Побить? Наговорить гадостей? Горр этого не сделает. Он же у нас воспитанный подонок. Ну, окей, все будут звать меня стукачкой. И что с того? Пусть хоть горшком зовут. Мне плевать. А вот как я буду жить потом со своей совестью, если прогнусь под Горра – вот это уже вопрос.