Жена отправилась навестить свою тетушку, и я на несколько дней вновь водворился в своем прежнем обиталище на Бейкер-стрит.
– Похоже, звонит колокольчик. – Я поднял взгляд на своего друга. – Кто это может быть? Наверное, кто-то из ваших друзей?
– Друг у меня один, и это вы. Я никого к себе не приглашаю.
– Тогда клиент?
– Если так, случилось что-то серьезное. В подобную погоду и в подобный час никто без особого повода не явится. Но сдается мне, это кто-нибудь из закадычных подруг нашей домохозяйки.
Однако Шерлок Холмс ошибся: в коридоре послышались шаги и кто-то постучал в дверь.
Дотянувшись своей длинной рукой до лампы, Холмс отвернул ее от себя и направил на пустой стул, куда должен был сесть посетитель.
– Войдите! – пригласил он.
Гость оказался молодым человеком лет двадцати двух, холеным и щеголеватым, с изящной осанкой и учтивыми манерами. Длинный блестящий дождевик и зонтик, с которого бежала вода, свидетельствовали о царившей снаружи непогоде. Молодой человек тревожно осмотрелся в свете лампы, и я заметил бледность его лица и несчастный, словно угнетенный какой-то тревогой, взгляд.
– Должен просить у вас прощения. – Посетитель поднес к глазам пенсне в золотой оправе. – Надеюсь, я вам не помешал. Похоже, вместе со мной в вашу уютную комнату проникли дождь и ненастье.
– Давайте сюда зонтик и плащ, – сказал Холмс. – Пусть повисят на крючке и обсохнут. Вижу, вы явились с юго-запада?
– Да, из Хоршема.
– Смесь глины и мела, которую я вижу на ваших ботинках, ни с чем не перепутаешь.
– Я пришел за советом.
– Нет ничего проще, чем давать советы.
– И за помощью.
– А вот это не всегда так просто.
– Я слышал о вас, мистер Холмс. Майор Прендергаст рассказывал, как вы спасли его, когда случился скандал в клубе Танкервилль.
– А, ну как же. Его ложно обвинили в шулерстве.
– Он говорит, вы можете все.
– Он преувеличивает.
– Говорит, никто и никогда не брал над вами верх.
– Я терпел поражение четырежды: три раза от мужчин и один от женщины.
– Но чего стоят эти поражения рядом с вашими победами, которым нет числа?
– Да, в большинстве случаев мне сопутствовал успех.
– Тогда и в моем случае на это можно надеяться.
– Прошу, подсаживайтесь к огню и ознакомьте меня с вашим делом.
– Оно очень необычное.
– С обычными ко мне не ходят. Я – последняя инстанция.
– И все же, сэр, не уверен, что вам, при всем вашем опыте, доводилось слышать о тайнах и загадках, сравнимых с теми событиями, которые приключились с моей семьей.
– Вы меня заинтриговали.
