В скором времени она расслабилась и лишь сдавленно стонала. Кончил я быстро, для своего удовольствия. И Кэт, была этим не особо довольна, но мне было всё равно. Я получил всё то, что хотел. А хотел я её трахнуть, собственно это и сделал.
Красные соски торчали из под опущенного белья. Мне всегда нравилась грудь Кэт, она была шикарна, я не сдержался, потянулся к ним губами. Взял один в рот, другой сжал рукой, а сам в то время полностью вышел из неё. Кэт ещё раз протяжно застонала. Нужно удовлетворить её потребность в противном случае она продолжит злиться дальше.
Видимо придумала себе и верит в это.
Рука поползла по животу, потом ниже, я накрыл клитор пальцем и сдавил, не отрываясь от грузи губами.
- О боже."
"Бедра подались мне на встречу. В тот момент, когда мои пальцы творили и создавали, я думал лишь о том, что как только окажусь дома, то обязательно налью себе виски с четырьмя кубиками льда. В скором времени Кэт кончила и обмякла в моих руках, а я поцеловал её, со вкусом смакуя момент её расслабления.
Мне нравилось, когда девушки стонут подо мной, не наигранно, а тогда когда им это действительно нравится.
— Скажи мне, — первое, что произнесла она, когда я оторвался от её распухших губ.
— Сказать, что?
Кэт легонько оттолкнула меня, подняла трусики с пола и одела их, принципиально не смотря на то, как я начинаю одеваться.
— Зачем она тебе.
— Для морального удовлетворения, — бросаю я, продолжая дальше одеваться. — Оденься, я собираюсь открыть дверь.
— «Для морального удовлетворения», что ты подразумеваешь под этим? — Она не унималась.
— Кэт, — я подошел вплотную и взял её за подбородок. — Я тебе что-нибудь должен? Или ты мне? Насколько я помню у нас с тобой сугубо сексуальные отношения.
От меня повеяло холодком, и Кэт злобно сузила глаза.
Возможно, нужно было по-другому, но я хотел иначе. Меня стала раздражать сложившаяся ситуация, стало злить, то, что она просит отсчёта в моих действиях! Я ничего ей не должен.
Пусть вышло грубо, но за то правда!
— Нет ничего, уже три года ничего не должен, — в бешенстве её глаза округлились.
Накинул футболку, взял свой портмоне из шкафчика. Кэт молчала, когда застёгивала одежду, когда поправляла волосы, она молчала, но я чувствовал, как она зла! Надо же это первая вспышка гнева за последние несколько лет. Когда Кэт злилась, она была похожа на кошечку, от этого я хотел её ещё больше, но сейчас меня не радовало.
