Но сейчас жестко плющит от обиды. Зачем ты так, Лерочка? — Откуда… — тянет растерянно. — У меня везде свои люди, — перебиваю резко. — Думала, не узнаю? Серьезно? — Ты же сразу предупредил, что продолжения не будет. — шепчет потупясь. В груди давит от гнева. Даже дышать тяжело. Дети мои, и я не собираюсь от них отказываться. # эмоции на пределе; # разница в возрасте; # Новый год; # противостояние; #ХЭ
Личная слабость полковника Лунина — история Надежды и Славы Лунина из ""Секиры""
https:// /ru/reader/lichnaya-slabost-polkovnika-lunina-b409003?c=4455479p=1
О чем я думаю, когда внаглую забираю с собой эту женщину? Присваиваю единым махом.
Называю своей и даже настаиваю на штампе в паспорте. Влюбился с первого взгляда? Ерунда! Настоящие полковники не влюбляются. Где я и где эта любовь?
Я ворвусь в твою жизнь — История Ани Аркелиди и Богдана Столетова
https:// /ru/reader/ya-vorvus-v-tvoyu-zhizn-b421415
— Анечка…девочка моя… — хочу дотронуться до волос. Но рука так и зависает в воздухе. Любимая, вздрогнув, делает шаг в сторону.
— Кто вы? — смотрит враждебно и настороженно. Прижимает сына к груди. Нашего с ней сына! Испуганный голос серпом режет нервы. Будто я могу навредить ей и собственному ребенку. — Я — Богдан… Мы с тобой… — пытаюсь подобрать слова. — Простите… Вы обознались, — смотрит она сквозь меня. Вернуть любой ценой — история Вити Торганова и Лизы Столетовой
https:// /ru/reader/vernut-lyuboi-cenoi-b421501?c=4671234p=1
— Ты же мой папа! Я видел тебя на фотографии! Мне бабушка показывала.
Я знал, знал, что ты приедешь! Папочка! — радостно вскрикивает ребенок. Тянется ко мне ручонками. И весь мир переворачивается в одно мгновение. — Мальчик мой хороший, — порывисто прижимаю сына к себе. И не могу отпустить. Никогда. Никому его не отдам. — Собирайся, Лиза. Мы уезжаем, — велю его матери. — Витя, погоди… — Нет, милая, — отрезаю коротко. — Я три года ждал. Достаточно. У тебя пять минут на сборы. — А если… — Уедем без тебя. От автора: Это история Вити Торганова. Сюжет самостоятельный
Глава 15
— Ты, наверное, проголодалась, — снова решает за меня Феликс, как только идеальный отец семейства уходит к себе.
— Нет, ничего не хочу, — мотаю головой. — А этого грязнулю надо искупать, — киваю на йорка. Феликсом его назвать язык не поворачивается, а Чапа слух режет, как наждаком по стеклу.
— Да, ты права, — кивает Сарычев и вместе с моим псом направляется в ванную.
Ставит его в душевую кабину. Включает душ. А бедный мой Фиксик съеживается от страха.
