Когда Кэм надевает на провода одноразовые рукава и распаковывает иглы, внутри меня происходит всплеск адреналина, и я начинаю понимать, почему Келси хотела сбежать из кресла.
Кэмерон слишком строго чертит грань между работой и личными отношениями, так что мне начинает не хватать его шуток. Наверное, именно с таким выражением лица он решает все свои мафиозные дела.
– Ты мог бы выглядеть не таким серьезным?
Вскинув брови, он легким движением головы смахивает челку со лба, а затем поправляет черные перчатки и опускает взгляд, продолжая заниматься своими делами.
Через пару секунд Кэм все же сдается и, усмехнувшись, наклоняется, чтобы несколько раз коротко поцеловать меня.
Затем он вновь становится мастером, рассказывая поэтапно, что мы будем делать и как. На самом деле я почти не слушаю, что он говорит, а лишь любуюсь его лицом и губами.
Когда игла с краской касается моей кожи, то первые несколько секунд я ничего не чувствую – слышится только жужжание машинки, но потом все же ощущаю вибрацию и легкое жжение.
– Ну как ты, милая? – ласково спрашивает он, вытирая салфеткой излишки краски с кожи.
– Вполне терпимо. Знаешь, эпиляция намного больнее.
Когда дело доходит до цветных красок, а иголок в машинке становится больше, с каждой секундой терпеть мне становится все тяжелее. Кожа горит, а боль похожа на маленькие разряды тока, и больно не только в том месте, где игла касается кожи: ток каким-то образом посылает волны по всему телу.
– Потерпи десять минут, Банни.
Скоро станет легче, обещаю. Не задерживай дыхание, хорошо? Дыши. Помнишь, как стреляла по банкам в Яме? Тут такой же принцип: главное – дыхание.
Спустя время боль действительно притупляется и ощущается не так остро, как казалось в самом начале. Оглядываю зал и задерживаю взгляд на пустующем кресле, которое принадлежит Зейну.
– Зейн рассказал мне историю их отношений с Сабриной.
Жужжание машинки затихает, и Кэм поднимает голову.
– Прости за то, что сравнивала наши отношения. Теперь я понимаю, что у нас совершенно разные истории.
Но знаешь, – прикусив губу, я опускаю взгляд, – я много думала об этом и поняла, что на месте Рины я бы сделала то же самое. Если бы выпал шанс, я воспользовалась бы любой возможностью, чтобы вытащить тебя из этого.
Сжав челюсти, Кэмерон долго молчит, а затем качает головой.
– За одну твою дурацкую мысль об этом, я готов лично прямо сейчас отвезти тебя в аэропорт, Энди, чтобы ты была как можно дальше отсюда.
