– Я почему-то думала, что вам хоть капельку будет интересно, каким человеком я выросла, какой стала Келси. Но раз вы хотите лишь, чтобы мы исчезли, почему нельзя было сказать об этом по телефону?
– Это не телефонный разговор. Я не знал, какая ты: такая же вспыльчивая, как Келси, или нет.
– Почему ты просто не приехал сам? – резко спрашивает Кэм. – Однажды ты струсил перед лицом ответственности и сбежал. А когда у тебя загорелся зад из-за призраков прошлого, ты решил попросить дочь о встрече, чтобы сломать ее заново.
Черт возьми, ты хоть представляешь, какой путь она проделала только для того, чтобы увидеть тебя?
– Я не мог приехать. Как бы я объяснил это семье?
– Кого это волнует, – выдыхает Кэм.
Я жду, что отец хотя бы оторвет взгляд от стола и посмотрит мне в глаза, но он продолжает сидеть неподвижно.
– Твоя сестра может разрушить не только мою семью, Энди, она может погубить ребенка, который еще даже не родился.
Нижняя губа Брайана дрожит, пока он продолжает смотреть на снимок. И я вдруг перестаю жалеть себя и искренне сочувствую ему.
Все те образы, которые я навязывала этому мужчине – только мои проблемы. Он не хороший и не плохой. Он – просто человек, который пытается защитить свою семью. Мы чужие друг другу люди, и я нахожусь здесь только потому, что Брайан почувствовал угрозу. Он вежлив, потому что не знает, чего от нас ждать. Не знает, станем ли мы рушить его жизнь.
Мне противно лишь от того, что он мог подумать, будто я или Келси стали бы лезть в его семью, а тем более – шантажировать его покоем беременной жены.
– Келси больше никогда не побеспокоит ни вас, ни вашу семью, – точно так же, как и я. Если бы вы знали о нас хоть чуточку больше, – говорю я, поднимаясь, – то поняли бы, что Келси бросала пустые угрозы и никогда бы не написала вашей жене. Мне жаль, что мы не так поняли друг друга. Удачи вам, мистер Пристли.
Взяв вафельную палочку, воткнутую в растаявшее мороженое, Кэм цокает языком."
"– Нет, Банни, мы не можем уйти, пока ты не скажешь ему это.
Мне требуется пара долгих секунд, чтобы понять, чего хочет Кэмерон.
– Кстати, Брайан, к черту твое мороженое, – говорю я, закидывая сумку на плечо.
– Это моя девочка, – усмехнувшись, Кэм опускает палочку в креманку и, отряхнув руки, поднимается.
Брайан окидывает меня недоверчивым взглядом, словно не верит, что я вот так просто уйду, не попросив круглую сумму. Как только мы отходим от стола, я вижу, как расслабляются его плечи, и он с облегчением выдыхает.
