Ты не проезжал случайно мимо?
Признавайся, Грей.
– Нет.
– Как все это мерзко. Ты хоть понимаешь?
– Не вижу ничего плохого. Я должен соблюдать осторожность.
– Но ведь это вторжение в частную жизнь.
– Я не злоупотребляю такой информацией. Анастейша, ее может добыть любой человек. Она нужна мне для контроля. Я всегда так поступаю и поступал.
– Нет, злоупотребляешь. Ты положил на мой счет двадцать четыре тысячи долларов против моей воли.
– Я уже объяснял тебе. Эти деньги Тейлор выручил за твой автомобиль. Да, согласен, трудно в это поверить, но факт остается фактом.
– Но ведь «Ауди»…
– Анастейша, ты хоть приблизительно представляешь, сколько я зарабатываю?
– Зачем это мне? Кристиан, меня не интересует состояние твоего банковского счета.
– Я знаю. Это одна из твоих черт, которые я люблю. Анастейша, я зарабатываю в час приблизительно сто тысяч долларов.
Ее губы складываются в букву «о».
Она внезапно умолкает.
– Двадцать четыре тысячи долларов для меня – так, тьфу… Машина, книги, наряды – все это мелочи.
– Вот ты на моем месте, как бы ты себя чувствовал… если бы на тебя обрушились такие щедроты? – спрашивает она.
Это не имеет значения. Мы говорим о ней, не обо мне.
– Не знаю. – Я пожимаю плечами, потому что вопрос просто нелепый.
Она вздыхает, словно ей приходится объяснять простаку сложное математическое уравнение.
– Не очень приятное чувство. Да, ты великодушный и щедрый, но мне от этого некомфортно. Я часто говорила тебе об этом.
– Анастейша, я готов подарить тебе весь мир.
– Мне нужен только ты сам, Кристиан. Без всяких доплат и добавок.
– Они входят в сделку как часть меня самого?
Она качает головой, кажется, с огорчением.
– Мы будем когда-нибудь есть? – спрашивает она, меняя тему.
– Да, конечно.
– Я что-нибудь приготовлю, ладно?
– Валяй. В холодильнике много продуктов.
– Миссис Джонс уходит на выходные?
Я киваю.
– И ты питаешься в эти дни нарезкой?
– Нет.
– А как?
Я вздыхаю, не зная, как Ана воспримет информацию, которую я сейчас ей сообщу.
– Мне готовят мои сабы, Анастейша. – Некоторые хорошо, другие хуже.
– Ах, конечно. – Она выдавливает из себя улыбку. – Что сэр желает?
– Все, что мадам сумеет найти, – отвечаю я, зная, что она не поймет моего намека.
Она кивает и выходит из кабинета, оставив папку. Я снова убираю досье в шкаф, и мне на глаза попадается папка Сьюзен. Она была бездарной поварихой, еще хуже меня. Но она старалась… и нас это забавляло.
– У тебя все подгорело?
– Да. Простите, сэр.
