А я не хочу делиться этим с тобой.
– Ты действительно уверен, что я уйду от тебя, если это узнаю? Неужели ты так плохо думаешь обо мне?
– Я знаю, что ты уйдешь, – отвечаю я, и эта мысль мне невыносима.
– Кристиан… Я думаю, что это невозможно. Я не могу представить себе жизнь без тебя.
– Однажды ты уже от меня уходила – я не хочу повторения.
Она бледнеет и теребит шнурок моих штанов.
Да. Ты причинила мне боль.
А я причинил боль тебе…
– Элена сказала, что виделась с тобой в прошлую субботу, – шепчет она.
Нет.
Какая чушь.
– Нет, не виделась. – Какого хрена Элене понадобилось врать?
– Ты не ездил к ней, когда я ушла?"
"– Нет. Я уже сказал тебе, что не ездил, и я не люблю, когда кто-то не верит моим словам. – Тут я понимаю, что вымещаю свой гнев на Ане. Поэтому добавляю уже более мягким тоном: – Я никуда не ездил и не ходил в минувшие выходные. Я сидел и мастерил планер, который ты мне дала. Так и провел время.
Ана глядит на свои пальцы и по-прежнему теребит шнурок.
– Что бы там Элена ни думала, – продолжаю я, – не бегаю я к ней со всеми своими проблемами, Анастейша.
Я вообще не бегаю ни к кому. Возможно, ты заметила, я не слишком разговорчив.
– Каррик сказал мне, что ты не говорил почти два года.
– Правда? Неужели он это сказал? – Почему они никогда не могут помолчать?
– Я… ну… вытянула из него эту информацию, – признается Ана.
– Что еще сказал тебе папочка?
– Он сказал, что твоя приемная мать была доктором, осматривавшим тебя после того, как тебя обнаружили в твоем доме и привезли в больницу.
Он сказал, что тебе помогла игра на пианино. И Миа.
Мне вспоминается Миа в младенчестве, ее черный хохолок и радостное гуление. Я мог тогда заботиться о ней, мог защищать ее.
– Когда она появилась у нас, ей было полгода. Я был в восторге, Элиот – не очень. Ведь ему пришлось до этого привыкать ко мне. Тогда она была прелестной. Теперь, конечно, меньше.
Ана смеется. Причем так неожиданно. Я немного успокаиваюсь.
– Вам это кажется смешным, мисс Стил?
– Мне показалось, что она была полна решимости разлучить нас.
– Да, она такая. Активная. И надоедливая. Она… Миа. Моя маленькая сестренка. – Я кладу руку на колено Аны и сжимаю его. – Но мы не поддались, – с улыбкой добавляю я и снова смотрю в зеркало заднего вида. – По-моему, за нами никто не гонится.
Я сворачиваю с I-5 и возвращаюсь в центр Сиэтла.
– Могу я спросить у тебя кое-что про Элену? – спрашивает Ана, когда мы стоим перед светофором.
– Попробуй. – Лучше бы она не спрашивала.
