Хотя выглядела моложе своих лет. Она ведь родила меня совсем молоденькой, фактически совсем девчонкой. Но поздно пить боржоми. У неё уже есть Георгич. Так что увы, Махно. Ты пролетаешь. Когда торг закончили, Махно достал бутылку хорошего коньяка. Я усмехнулся. Молодец, а я что-то протормозил. Вообще такой опыт, торговли с колёс, это хороший опыт. Да и разговорить махновцев надо, насчёт того, где ходили, что видели и так далее.
Мама связалась с эшелоном и попросила Василия выкатить «Тигр», чтобы перевести всё, что мы приобрели.
Я вклинился в разговор и сказал, чтобы привезли бутылку хорошего коньяка или виски, что гражданин начальник, в лице Вероники Антоновны дала добро. Мама подтвердила и добавила, чтобы захватили пару банок домашней тушёнки и домашних колбас. Посмотрел на маму удивлённо.
— Что ты так смотришь на меня, сын?
— Мам, а с чего такая щедрость?
— Марк, сынок. Это называется дипломатия.
— Серьёзно? А что ты так краснеешь, как девочка, когда на Махно смотришь? Мам, у тебя же Георгич⁈
— Не надо мне приписывать, сын, того, чего нет.
Я просто хочу угостить и всё.
— Конечно. Никаких проблем, мама!
. Парни оперативно сгрузили «Тигр», подогнали к нам. Начали вывозить купленное. Мы в это время пили коньяк, закусывали домашней колбасой. Махновцы откровенно наслаждались домашними заготовками и балдели. Вечеринка им явно нравилась.
Глава 4
Колеса вновь стучали по стыкам рельс. Я рассматривал карту железных дорог юга России.
В купе зашла Ольга. Села напротив меня. Анны и Ильи не было. Я в купе вообще был один. Даже Люся где-то шлялась по эшелону.
— Марк, давай поговорим.
— О чём, Оля?
— О нас с тобой. Мы же, несмотря ни на что, муж и жена.
— Хорошо. Давай поговорим. Я тебя слушаю.
— Марк, я виновата. Если можешь, прости меня. Мне очень плохо без тебя. И ещё хуже, когда ты не замечаешь меня, а если смотришь, то в твоих глазах равнодушие.
Я некоторое время молчал, смотрел на неё.
Отодвинул карту немного от себя. Она тоже молчала, сидела опустив взгляд на стол. Руки опустила под стол. Вот она подняла взгляд на меня. Глаза красные, ещё немного и побегут слёзы.
— Оля, вот скажи, а в чём ты виновата?
— Во многом. Я игнорировала твои просьбы и прямые приказы, как своего командира. Что последняя моя выходка чуть не спровоцировала скандал и недовольства в эшелоне.
— Молодец. Всё правильно.
