— А Георг знает?
— Нет. Говорю тебе, он не знает. Я пришла сразу к тебе. Только ты мне можешь помочь.
— Ни за что, — прошипела сестра. — Вышла замуж за бедняка, говоришь, по любви, так ешь свою любовь, пей свою любовь. Будь сыта своей любовью. Отправляйся на ферму в Рочфорд, сгниешь там заживо, и хорошо. Но если отец, или Георг, или я сама появимся в Рочфорд-Холле, не смей нам на глаза попадаться. И при дворе запрещаю тебе появляться, Мария. Ты сама себя погубила, а уж я доведу дело до конца. Убирайся. Нет у меня больше сестры.
— Анна! — в полном ужасе вскрикнула я.
— Позвать стражу и вышвырнуть тебя за ворота? — Лицо просто пылает гневом. — Я и на это способна.
Я упала на колени, пробормотала:
— Мой сын…
— Мойсын, — мстительно перебила она. — Скажу ему — твоя мать умерла. Теперь изволь называть матерью меня. Любовь, говоришь, так распростись со всем на свете из-за любви. Надеюсь, будешь счастлива и довольна.
Больше сказать нечего. Я неуклюже встаю с колен, тяжелый живот мешает.
Она смотрит на меня, ясно, скорее пнет ногой, чем протянет руку. Моя рука уже на ручке двери, на мгновенье медлю, вдруг настроение переменится.
— Мой сын…"
"— Убирайся. Тебя для меня больше не существует. И не смей идти к королю, а то я ему скажу, какая ты шлюха.
Я вышла из комнаты, пошла к себе в спальню.
Мадж Шелтон переодевается перед зеркалом. Повернулась ко мне, веселая улыбка на молоденьком личике. Увидела мое хмурое лицо, глаза широко раскрылись. Одного взгляда довольно, чтобы понять, какая между нами разница.
Возраст, положение, место в семействе Говард. Она — молоденькая девчонка, все на продажу. Я — замужем уже дважды, двое детей в неполных двадцать семь, а теперь еще и семья выгнала. Ничего у меня нет, только муж с маленькой фермой. Был у меня шанс всего в жизни добиться, да я его упустила.
— Ты заболела?
— Хуже, все пропало.
— Какая жалость. — Легкий тон беззаботной, самовлюбленной юности.
— Ничего! — Я слабо рассмеялась, потом сказала серьезно: — Я эту постель сама себе постелила.
Бросила на кровать дорожный плащ. Тут она заметила торчащий живот, в ужасе отпрянула.
— Да, да, я беременна. И замужем, если это ты хочешь узнать.
— А королева? — прошептала она, прекрасно зная, как и все при дворе, — моя сестрица ненавидит беременных женщин.
— Не слишком довольна.
— А кто твой муж?
— Уильям Стаффорд.
Огонек в глазах дал понять, она давно знает, только молчала все это время.
— Я за тебя так рада.
