Вякнешь! — пиная меня ногами по спине, выкрикивал каждое слово самый хилый и маленький, но при этом самый жестокий из этой пятёрки парнишка."
"Он будто старался выделиться среди остальных, желал больше других продемонстрировать свою ярость и злость. Наверное, он это делал чтобы не казаться слабее своих товарищей, но мне от этого было не легче.
Я же скомкался в позу эмбриона, наблюдая как тоже самое делает Максим и зажмурился с трудом перенося боль, стараясь не разрыдаться. Не справедливо! Мы им ничего плохого не сделали! Мы младше и нас всего двое!
Глубоко в груди загорелся яркий огонь, что я мог видеть с закрытыми глазами, а затем произошла вспышка и боль мгновенно прекратилась.
Вместе с этим нас с моим другом перестали бить. Последнее я заметил открыв глаза и оглядевшись. Все хулиганы сидели на задницах вокруг нас и с обалдевшими взглядами смотрели на своих недавних жертв. Следующие события запомнятся мне в мельчайших подробностях на всю оставшуюся жизнь.
По земле, в радиусе одного метра от меня, стал появляться густой чёрный дым с едва заметными всполохами ярко-оранжевых и красных искр.
— Убить их? Убить их? Убить их? Убить их? Убить их? Р-разорву, сожру! Хочешь? Хочешь? Хочешь? Хочешь? Хочешь? — голову просто заполонил странный, жутковатый, шипяще-рычащий голос.
Не знаю что почудилось пятёрке этих хулиганов, но на их лицах моментально отразился самый настоящий ужас. Кое-кто, судя по мокрым штанам, даже успел обмочиться от испытанного страха.
— А ну пошли вон! — собравшись с духом, что есть мощи прокричал я, оглядываясь по сторонам.
Два раза повторять не пришлось: быстро поднявшись с земли, наши обидчики со всех ног пустились в разные стороны, приправляя свой побег писклявыми визгами. Перестав удивлённо пялиться в спины убегающих хулиганов, я вспомнил о том, что на земле лежит Максим, которому явно стоит помочь.
Мой товарищ умудрился ненадолго потерять сознание и полностью пропустил конец драки. Присев рядом с ним, я оглядел друга и достав платок, что баба Маша всегда заботливо клала мне в карман брюк, принялся вытирать подбитый нос товарища.
— Вставай Максимка, они разбежались.
— Где они? — приходя в сознание, вяло спросил товарищ.
— Говорю же, разбежались. Мяч твой, вон лежит. — кивком головы указал я на предмет недавнего спора.
Новость о том, что мяч остался при нас, подействовала на друга просто чудесно-магическим образом. Довольно улыбнувшись, когда нашёл глазами своё добро, Максим стал быстро приходить в себя.
