Да и пацан ей вреда не причинит, в этом я уже вполне уверен. Баловство в общем, а не дуэль. Зато результат какой! Алина с ним хорошо растёт, даже очень хорошо. — поджав губу добавил граф, глубоко задумываясь над этим вопросом, прежде чем старший брат вернул его к разговору.
— Там к нам опять эти святоши пожаловали. Указ сверху, пришлось пустить.
— Фанатики?
— Именно.
— Прибил бы каждого. Терпеть их не могу. — фыркнул Сергей Константинович, вспоминая неприятных людей из ордена.
— Их никто не любит.
Глава 26
Выходной от школы день, к моему большому сожалению, начался раньше, чем я планировал. Во-первых, с самого утра Бобик начал терроризировать мой мозг. Чёкнутый ёж после дуэли с Белорецкой как с цепи сорвался и стал постоянно агитировать меня пойти в разлом и поднять свои навыки. Колючий увиденное за школой воспринимал чересчур буквально и сильно бесился от того, как я по его мнению проиграл Алине.
Сколько уничижительных мыслеобразов я от него получил просто не счесть. Самые популярные из них это различные вариации того, как старая дряхлая ежиха, если я верно понял, его бабушка, отделала меня своим не менее дряхлым хвостом, в то время как я пытался безуспешно ей противостоять.
Вторым по популярности роликом, который мне накопив силы транслировал Бобик, была схожая картина, но уже с маленькими ёжиками, избивавшими меня своей небольшой бандой. И если в начале я сомневался, то чуть позже уже был абсолютно уверен в том, что этот колючий идиот таким образом иронизировал над моими навыками себя защищать.
И никакие призывы к логике и объективной оценке той ситуации, не помогали — Бобик хотел продолжить мои тренировки в разломе. Я первое время вежливо, а потом уже и абсолютно беспардонно слал колючего курить бамбук, охранять кукурузу, гулять в тумане или под конец просто на три буквы, лишь бы он от меня отвязался. Но упёртости этого существа мог позавидовать даже баран. Именно так, с приставкой «колючий» я и стал его называть впоследствии.
И если ворчливого деда в голове я почти всегда мог отправить на задворки разума, а Кали и вовсе выполняла мои приказы беспрекословно, то Бобик был в этом плане, мягко говоря, оборзевшим. С ним получалось справиться только кратковременно. После небольшого отдыха, колючий не ленился и вновь возвращался к эмоциональному терроризму, за что этим утром я его едва не возненавидел.
— У меня же выходной, мудень ты в иголках! — в сердцах воскликнул я.
