Но затем, вновь приняв невозмутимый вид, продолжил. — Не понимаю о чём ты.
— Ну как о чём? — отыграл искреннее удивление я. — Я оказался на том мероприятии по приглашению графа. Получается, что вы назвали его…
— Хватит. — поднял руку Вячеслав, немного краснея. — Я не это имел ввиду.
— Ну-у… это вы уже дяде Серёже сами объясните. — вздохнул я, демонстративно доставая телефон.
На этих словах я почувствовал как один из охранников попытался с помощью телекинеза остановить движение моих рук. Особенно было весело, и не скрою, приятно, наблюдать как вытянулось его лицо, когда эта и следующая попытки провалились.
— Использовать против меня силу? — поднял я бровь, недовольно оглядывая выделившегося бойца.
Следом, сконцентрировавшись, одним движением резко выбросил его в окно, которое бугай с дребезгом выбил своим телом, прежде неслабо ударившись головой о перемычку. Бойцы находящиеся в комнате моментально приняли вертикальное положение, в том числе и Вячеслав, поглядывающий в мою сторону уже совсем другим взглядом.
— Итак, возвращаемся к нашему диалогу. — спокойно произнёс я, натянуто улыбнувшись. — Граф Вяземский имеет ко мне какую-то претензию?
— К тебе имеет претензии его сын. — оскалился один из бойцов, вытягивающий руку в мою сторону.
Но его действия быстро прервал Вячеслав, соображавший несколько больше, чем быки из его сопровождения.
— Костя, присядь. — затем, главный среди этой шайки повернулся ко мне и сменив тон, продолжил, глядя на телефон в моих руках. — Предлагаю отложить этот звонок и обсудить всё спокойно.
— осторожно начал он.
— Куда уж тут спокойно. — недовольно проворчал я. — Окно мне сломали…
— Ты сам его…"
"— Костя сядь! — рыкнул Вячеслав, оглядывая амбала.
— Окно мне сломали, — как ни в чем не бывало, продолжил я. — время отняли, тут накопытили, дядю Серёжу и его дочь оскорбили. — на этих словах я нагло улыбнулся, оглядывая присутствующих. — Мне продолжать?
— Нет, достаточно.
— Но самое главное, вы действуете без прямого одобрения своего хозяина.
Ох и прилетит вам. — деланно сокрушаясь, покачал я головой.
— М-мы сожалеем о предоставленных неудобствах. — с большим трудом выдавил из себя собеседник, вызывая на себя недоуменные взгляды присутствующих.
— Боюсь, одного сожаления тут будет мало. — твёрдо ответил я, сверля Славика взглядом.
— Чего вы хотите? — глубоко выдохнув, сдался он.
— Обсуждать это, не подобает обстановка. — отмечая недоумевающие лица напротив, добавил. — Мне дует и тут грязно.
