«Ах, Юлдуз, Юлдуз, зря отцвели твои дни! Можно ли приласкаться к старику? — От ревности распирало казачью грудь. — Суров, жесток батька, не хочет он знать человеческого сердца. Что бы дать полста казаков! Сумел бы Иванко раздобыть коней и вернулся бы вихрем в Тархан-Калла. И ничего ему там не надо, кроме черноглазой Юлдуз-хатун!».
Вспомнилась Ивану его сестра Клава — такая же горячая и неспокойная сердцем, как он. Нашла ли она свое счастье или сгибла на Волге?
На берег внезапно выехали три конника.
Иванко вскочил: «Татары!». Хотел крикнуть о сполохе. Однако признал своих из полусотни Богдашки Брязги. Третий промеж ними на коне — пленник с повязанными назад руками. Подскакали казаки ближе и закричали:
— Встречай, браты, мурзака поймали!
Татарин был в цветном кафтане, в шапке из темного соболя. Сапоги из красного сафьяна, изукрашенного серебром. За поясом клинок с золотой насечкой. Иванко Кольцо пошел следом и не сводил глаз с пленного. Лицо острое, желтое, бородка — клинышком.
Глаза веселые.
«И чему радуется пес? В полон угодил, какая в том корысть?» — подумал Кольцо.
Татарина ввели в шатер к Ермаку. Атаман сидел на барабане. Вскинул на пленного глаза.
— Кто такой? Как звать? — спросил он по-татарски.
Пленник глазами показал на связанные руки.
— Освободить!
Татарина освободили от ремней, потянулись за его клинком. Ермак повел бровью:
— Сабельку при нем оставить!
Пленник поклонился атаману:
— Таузан зовут.
Слуга хана, торопился собирать дань.
— Велик ли ясак? — заинтересовался Ермак.
— Женатый дает десять соболей, двое холостых — столько же!
— Велика дань, — сказал атаман. — Много, видать, хану надо?
— Много, много! — охотно подтвердил Таузан. — Большой царство, великий хан.
Ермак подумал, наклонился вперед и спросил:
— А как царство хана строится? Видать, ты человек смышленый, коли сам хан доверил тебе собирать ясак. Расскажи!
Таузан поднял руку, отогнул мизинец:
— Это семья — звать кибитка, юрта.
— Тронул следующий палец: — Улус — десять, двадцать семья, сколько есть в одном месте. — Подняв безымянный перст, сказал: — Все семьи в поколении — волость! — Указательный палец Таузан поднял: — Орда. Все поколения соединились.
Наконец, он кивнул на большой палец и пояснил:
— Сибирский юрт! Все царство. Сидит на юрте хан, ой, большой хан! Город Искер — силен, ой силен! — Глаза татарина плутовато бегали.