По дороге рассказал казакам, какую роль им придётся играть при «расспрашивании» господина Бекхэма, и о наших остальных действиях. Выслушав меня, все трое согласно мотнули головами, и дальнейший путь до места преступления прошёл в угрюмом молчании.
Прибыв на рынок, узнали, что тело Дарьи уже увезли в морг. Банков несколько минут назад направился туда, получив всю информацию от городового, который проводил первичный опрос свидетелей убийства. Из новой информации было только то, что никто на рынке убийцу не признал.
Все в один голос заявляли, что чужой. С описанием внешности были большие проблемы. Десяток разных видаков и десяток описаний. В общем, как всегда, судя по тем детективам о работе милиции, полиции, которые я читал в другой жизни."
"Отодвигая встречу с мёртвой Дарьей, направился в гостиницу, где проживал Бекхэм. У её крыльца нас встретил мой старый знакомый старший агент Буров, с которым мы обыскивали номер Фукусимы. Пётр Фёдорович доложил, что за англичанином минут двадцать назад прибыл жандармский поручик Кононов, и буквально пять-шесть минут, как они уехали, вернее всего в отдел к жандармам.
– Пётр Фёдорович, ещё что-то интересное было? – спросил я агента.
– Ваше благородие, к этому англичанину буквально минут за пятнадцать до жандарма один тип ненадолго приходил, судя по докладам – уже второй раз. Первый раз вчера вечером был, – после этих слов Буров профессионально начал описывать посетителя.
– Он, ваше благородие, – перебил агента Ус. – Точно он. Я его лицо хоть только один раз полностью видел и ещё один раз в профиль, но свежий порез у левого глаза запомнил.
Что делать теперь будем?
Такой же вопрос я увидел в глазах Бурова и остальных казаков.
– Пётр Фёдорович, под мою ответственность – осмотрите негласно номер англичанина. Обо всём интересном доложите потом мне лично. Отсутствие англичанина в течение пары часов я вам гарантирую. Кого-нибудь из казаков оставить, чтобы постоял на стрёме?
– Не надо, ваше благородие. Тут со мной один молодой обучается.
Вот он и постоит. Пускай опыта набирается, – усмехнулся Буров.
– Ну, тогда мы к штабс-ротмистру отправимся, – сказал я, разворачивая коня.
Быстро добрались до дома, где располагались представители отдельного корпуса жандармов. Спешившись, направились вовнутрь. Подойдя к кабинету Савельева, я притормозил и показал знаками Усу, чтобы он заходил в кабинет через некоторое время после меня. После чего, постучав в дверь, открыл её и вошёл в кабинет.
