– Тимофей, это что?! Я угадал? Дарья, правда, у него кинжал под подушкой?
– Иногда и револьвер, – ответила моя «смелая птичка» и опять рассмеялась, зазвенев как колокольчик.
– Да, а я о казаках лучше думал. Да вы психи! – захохотал Тарала.
– Не все, Арсений, только я, – улыбнулся, а потом засмеялся следом за другом и любимой.
Когда наш смех стих, купец продолжил:
– Знаешь, Тимофей, я не знаю, как это правильно объяснить, но этот Бекхэм не тот, за кого себя выдает.
– Спасибо, Арсений, мы обязательно проверим твоего англичанина, – также серьёзно я ответил другу.
– А что ещё скажешь по тройке: купец и двое приказчиков?
– Они ушли из Владивостока в Хабаровск меньше месяца назад. С последним осенним обозом нашего торгового дома. Как мне сказал управляющий нашими делами во Владивостоке, «что это за купец, который в Хабаровск идёт с таким количеством товара, который даже затраты на дорогу не окупит». И у одного из приказчиков лицо и руки были в химических ожогах.
– Почему в химических ожогах? – перебил я Арсения.
– Управляющий в юности увлекался химическими опытами. Вот он и обратил внимание на шрамы у одного из этих горе-купцов. Такие отметины оставляет кислота.
– Химик, бомбист и боевик, – тихо пробормотал я, но Тарала меня услышал.
– Ты это о чём, Тимофей?
Что я мог сказать своему другу? В прошлой жизни попалась мне в Интернете статья про революционера химика Костю, который готовил в основном для боевой организации эсеров какой-то особый динамит «Экстра». Боевики данный сорт взрывчатки очень уважали.
Именно им была взорвана дача Столыпина. Были в статье и фото последствий этого взрыва. По мне, так пара десятков кило тротила в безоболочке рвануло, а на самом деле всего семь килограммов Костиного динамита «Экстра».
Вот у этих ребят из боевых групп эсеров и большевиков и сформировались такие тройки: «химик», который изготавливает бомбу, «взрывник-бомбист», который её бросает, и «боевик», который охраняет «химика». Но ко всему этому в моём мире пришли, кажется, лет через десять.
Точно не помню.
– Да так, Арсений, возникли кое-какие мысли, которыми надо срочно поделиться с господином Савельевым, – после небольшой паузы ответил я Тарале.
– Это так серьёзно, Тимофей?
– Боюсь, да. Очень серьёзно. И огромное спасибо тебе, Арсений, и Александру Васильевичу. Увидишь его, передай, что я в долгу у торгового дома «Чурин и Ко».
– Значит, действительно серьёзное дело. Обычно мы у тебя в последнее время в долгу были из-за твоей информации.
