– О, коммерции, очень выгодной обеим сторонам. Как вы думаете, какой товар самый дорогой в торговле и приносящий наибольшие дивиденды, Александр Васильевич?
– Оружие, спирт, золото, драгоценные камни, опиум… – начал перечислять Касьянов, но я перебил его.
– Нет, уважаемый Александр Васильевич. Самый дорогой товар – это нужная информация. Вспомните свои же слова, сказанные вами в одну из наших встреч. Там шепнули, здесь шепнули, проанализировал и получил информацию, без которой успех в торговле невозможен.
– Какая же информация вам нужна от меня? – спросил отчуждённо Касьянов."
"– Александр Васильевич, мне нужны сведения, которые напрямую касаются безопасности государя наследника. Поверьте, меня не интересуют разговоры за столом, где обсуждаются вопросы о том, что монархическая власть устарела и надо что-то менять. Меня интересует в первую очередь, что в городе появились люди, которые не те, за кого себя выдают. Информация о том, что кто-то пытается купить оружие и взрывчатку в обход установленных правил.
В общем, всё, что можно трактовать, как попытку устроить покушение на охраняемую мной особу.
– И чем же я буду отличаться от сексота? – спросил купец, с каким-то вызовом глядя на меня.
– Что же, жалко, что мы не поняли друг друга, – я поднялся из-за стола. – Спасибо, Александр Васильевич, за хлеб и соль. Всего доброго. Честь имею.
Я направился на выход из гостиной. Уже выходя из комнаты, услышал вопрос в свою спину:
– Тимофей Васильевич, куда направить ваши деньги, которые хранятся в нашем доме?
Резко повернувшись, я брезгливо посмотрел на купца.
– Оставьте их себе, Александр Васильевич, в знак благодарности за всё, что вы в своё время для меня сделали. Желаю вашему торговому дому и дальше процветать на просторах Дальнего Востока. Пока ещё под российским флагом.
Кивнув головой, чётко повернулся кругом и чуть ли не строевым шагом пошёл по коридору. Уже у самой входной двери меня догнал купец.
– Тимофей Васильевич, постойте, не уходите.
Извините меня. Давайте вернёмся за стол и всё ещё раз обсудим.
Я развернулся и посмотрел в глаза Касьянова. Какого-то чувства вины или раскаяния я там не увидел. Но определённый интерес был.
– Хорошо, Александр Васильевич. Давайте попробуем ещё раз.
Молча вернулись в гостиную и сели за стол.
– Тимофей Васильевич, вы произнесли фразу – пока под российским флагом. Неужели всё так плохо?
– Александр Васильевич, вы же умный человек.
