Да вы теперь богач, батенька! Только вот что с крестьянами в Курковицах делать? Такой нищеты я ещё не видел!»"
"О том, откуда взялось такое бедственное положение общины, я узнал от Сазонова после завтрака. Оказалось, что, несмотря на то что в настоящий момент в Курковицах проживало двадцать пять лиц мужского пола и тридцать женского, ревизских душ было только двенадцать, по числу дворов. И на каждую такую душу отводилось только три с половиной десятины земли. Для сравнения, в Амурском войске казаку было положено двадцать.
Из объяснений Александра Ивановича я узнал, что обозначает понятие «ревизская душа», после чего мне стало более ясным выражение «мертвые души». Произведения Гоголя, как и других классиков, в школе не читал, ограничиваясь чтением критических статей, на основании которых и писал потом сочинения. Да и в более зрелом возрасте классики как-то для чтения не шли.
Сазонов также раскрыл мне глаза и на суть крестьянской реформы тысяча восемьсот шестьдесят первого года, когда ознакомил с актом «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости».
По этому нормативному документу все крестьяне переставали числиться крепостными, но теперь стали считаться временнообязанными, потому что, получив личную свободу, бывшие крепостные не получили свободно и безвозмездно основные средства для своей деятельности, то есть землю.
Помещики в результате реформы Александра Освободителя остались собственниками всей принадлежащей им земли.
Крестьяне могли выкупить земельный надел, который помещик обязан был им выделить. Каждая местность устанавливала свой минимальный и максимальный земельный надел. В Петербургской губернии он соответствовал именно трём с половиной десятинам на ревизскую душу. Выкупить свой земельный надел крестьяне должны были в течение сорока девяти лет, для чего государство выделяло им ссуду под шесть процентов. Двадцать процентов суммы за надел ревизская душа должна была внести сразу, а остальные восемьдесят процентов – в течение установленного манифестом срока.
До тех пор, пока вся сумма не была погашена, крестьяне считались временнообязанными и должны были отбывать барщину или платить оброк. Сумма оброка для каждой губернии устанавливалась отдельно. Как ни странно, но самые высокие оброки были назначены в Петербургской губернии, хотя большая часть земель здесь считалась неплодородной. В черноземных губерниях оброк был значительно ниже.
