Настойка всё равно будет готова только к концу ноября. Так Аленин сказал.
– Да, казак Аленин, ты меня заинтересовываешь всё больше и больше… – задумчиво произнёс император и самодержец всероссийский.
Глава 7
Снова курсант
С чего начинается служба в военном училище? На этот вопрос ответит правильно только тот, кто прошёл через это. Также выяснил для себя, что ничего за сто лет не изменилось. Как и в Рязанском десантном училище, так и в Иркутском юнкерском первый день учёбы начался с получения формы.
После того как в полдень построили и начальник училища поздравил всех тех, кто поступил в этом году в данную кузницу офицерских кадров, нас разбили по отделениям и «ввели в училище».
Введение заключалось в том, что мы под руководством портупей-юнкеров поднялись на второй этаж, где располагались спальные помещения для взводов. Мою группу из пятнадцати человек завели в большое помещение на тридцать коек. Пятнадцать коек с левой стороны у глухой стены были единообразно и идеально заправлены. Пятнадцать с правой стороны, где были окна на улицу, горбились свернутыми в рулон матрасами, в которых виднелись подушки и одеяла.
Кровати были поставлены так, чтобы между ними поместился один столик-шкаф на двух юнкеров. В ногах кровати стояли табуреты. Также в комнате было место для двух небольших столов на пять-шесть человек и две пирамиды для оружия, которые сейчас стояли пустыми. Незаметно оглядевшись, я отметил наличие вешалок при входе в комнату и полок под головные уборы. Знакомая до слёз умиления картина!
В данной комнате состоялось наше дальнейшее знакомство, как я уже успел узнать, с взводным и отделенным портупей-юнкерами.
Со старшим взводным портупей-юнкером я даже успел два дня назад познакомиться. Точнее, меня с ним свёл старший урядник Филинов.
Вообще, недельная добровольная работа в училище мне много дала в плане знакомств и получения первичной информации, что сильно помогло на первом этапе обучения. Как позже выяснил, четверо вольноопределяющихся, которые поступили в училище, как и я, сдав только один экзамен, отказались от чести помочь альма-матер на хозработах.
Не принято-с!
– Господа юнкера, я ваш взводный старший портупей-юнкер Забелин Митрофан Иванович. – Вперёд вышел высокий усатый казак, на вид старше двадцати пяти лет, одетый в мундир, шаровары, поясной ремень, высокие сапоги, бескозырку и с шашкой на боку. На шашке я отметил наличие офицерского темляка – черного, прошитого по краям серебром, с распушённой в конце серебряной кистью.
