Но при чём здесь казачок и женская гимназия, не подскажете, Николай Петрович?
– Теряюсь в догадках, господин полковник, – сотник, чуть расслабившись, стоял перед столом Федорова."
"– Следующее письмо, – полковник перевернул следующий запечатанный сургучом небольшой конверт. – Надворный советник Соловьёв директор Благовещенской мужской гимназии. Это уже ближе. Так следующий. О-о-о!!! Полковник Винников?! Действительно интересный казачок. За всё время, что Григорий Васильевич командует Амурским казачьим полком, ни разу не удосужился написать прошение по кому-либо из кандидатов на поступление.
А за три года из его полка поступало казачьих урядников и вольноопределяющихся человек десять. И сейчас, насколько помню, трое учатся, и одному из них полковник опекуном приходится.
– Дальше будет ещё интереснее, господин полковник, – ухмыльнулся сотник.
– Хорошо… Переворачиваем следующий конверт. – Полковник присмотрелся к печати на сургуче и быстро перевернул конверт. Прочитал и непроизвольно поднялся из-за стола.
– Его высокопревосходительство обер-егермейстер Высочайшего Двора князь Барятинский, – сипло произнёс Федоров, ворочая шеей в будто ставшем тугим вороте мундира. – Вы об этом хотели сказать, господин сотник?!
– Никак нет, господин полковник, я видел письмо от наказного атамана Амурского казачьего войска генерал-майора Беневского, – вытянулся во фрунт сотник. – Кто же там ещё-то?!
– К чёрту пасьянсы, – прорычал полковник, быстро перевернув все конверты. Прочитал и без сил опустился в кресло.
– Его императорское высочество великий князь Николай Александрович, генерал-майор Беневский, генерал-губернатор Корф, – тихо произнёс Федоров. После чего, ударив кулаком по столу, буквально прошипел: – Что это за семнадцатилетний казачок, за которого государя наследник просит?
Полковник сломал сургуч конверта и достал письмо цесаревича. Пробежал глазами, после чего протянул лист сотнику.
– Полюбуйтесь, Николай Петрович. Да читайте, читайте! Я уже наизусть запомнил. «Уважаемый Алексей Васильевич! Прошу принять посильное участие в приёме в ваше учебное заведение Аленина Тимофея Васильевича.
Я заинтересован в его судьбе. Цесаревич Николай». – Полковник поднялся из-за стола, упёршись в него руками. – Каково? И что делать будем? Экзамены уже неделю идут. Отказать государя наследнику?
Сотник Головачев молча стоял перед столом, держа в правой руке письмо государя наследника, который к тому же верховный атаман всех казачьих войск России.
