Я подошёл к стенке каюты, к которой Леший прислонил под углом доску высотой с маховую сажень, шириной в две пяди и толщиной в дюйм. Встав посередине стены кают, я прислонил доску вплотную к стене и остался стоять рядом, придерживая доску за верхний обрез.
– Тур, Леший, к метанию лопатки и ножей с расстояния… – я на миг сбился, прикидывая, где смогут встать на палубе казачата, – десяти шагов приступить.
Антип и Вовка встали напротив меня. Первым лопатку метнул Тур, за ним Леший. После этого так же быстро по очереди отметали по три метательных ножа, достав их из крепления на левом наплечном ремне РД.
– Да! Вам только в цирке выступать. Лопатки и ножи словно по линейке воткнули. – Князь Барятинский сделал шаг к цесаревичу. – Разрешите, ваше высочество?
Получив от наследника согласие, князь взял из рук Николая мою лопатку и, размахивая ею, изображая удары, вышел на линию, откуда метали Тур и Леший.
– Отлично сбалансирована, – князь покачал лопатку рукой, резко взмахнул и запустил её в мою сторону."
"Отметив, что лопата летит не в меня, мне удалось не дрогнуть и удержать доску в исходном положении.
Лопата, запущенная его сиятельством, с силой вонзилась в доску, которая не выдержала такого напора и треснула.
– Вот это бросок, ваше сиятельство! – Николай захлопал в ладоши. – Враг, несомненно, повержен.
– Страшное оружие, господа! – князь стоял на линии броска и, глядя на треснувшую доску, неверяще качал головой. – Действительно, страшное.
В этот момент над поручнями капитанского мостика показалась голова матроса, который прокричал: «Прямо по курсу остров Разбойный!»
Взгляды всех на палубе скрестились на цесаревиче.
– Я думаю, надо подняться к рулевой рубке и осмотреться. Аркадий Зиновьевич, у вас бинокль имеется? – спросил цесаревич.
«И куда ты прёшься? Чего тебе отсюда не смотрится? Здесь хоть спрятаться от огня есть где, – подумал я. – Нет, надо наверх лезть. Под возможные пули подставляться».
Цесаревич в окружении свиты направился в рубку капитана. Я же, подойдя к Туру и Лешему, тихо произнёс:
– Всё, цирк закончился.
Начинаем работать. Тур, если будет возможность, прикрывай генерал-губернатора, а ты, Леший, князя Барятинского. Хорошие генералы. Жалко будет потерять. Сейчас пробегите по нашим, проверьте, кто какие себе укрытия подыскал. Напомните о прицеливании над водой. Потом возвращаетесь сюда.
Тур и Леший мотнули головой и разбежались по бортам. Разбежались – громко сказано. Пароход от носа до кормы был метров восемьдесят. Даже меньше.
