В этот момент на крыльцо церкви выскочил отец Дана приказный Данилов и буквально скатился по ступеням, ужом проскользнув в толпу. Через пару минут он вместе с Митяем Широким и дядькой Михайло Лесковым застыл у крыльца церкви с правой стороны.
«Кажется, скоро начнётся, по словам генерал-губернатора, „совет в Филях“», – подумал я, слушая краем уха разговор среди казачат.
– В станице Иннокентьевской атаману Катанаеву, как гутарят, такие же часы государя наследник вручил…
– А в станице Пояркова десятилетнему Власу Тюменцеву, который проскакал, стоя в седле на голове и с вытянутыми вверх ногами, государя наследник только деньги вручил, а нам кинжалы…
– В Кумарской атамана Плотникова тоже часами с вензелем наградил…
– А у нас в станице государя наследник две золотые и пять серебряных медалей «За усердие» вручил, да ещё на Аннинской ленте…
– Столько, говорят, он только во Владивостоке, Хабаровке да Благовещенске награждал…
– А из казаков, по слухам, никому не вручил, только купцам гильдейским…
– Наша станица теперь на всё Приамурье прославится…
– Ермак-то теперь начальник нашей казачьей школы…"
"Я слушал трёп казачат, мысленно улыбаясь, а сам внимательно смотрел на вход в церковь.
Трезвон колокола при целовании креста возвестил об окончании литургии.
Наследник российского престола под громогласные крики «Ура!» вышел на церковное крыльцо и, подняв фуражку, помахал ею над головой. Рёв толпы стал ещё неистовее.
Надев головной убор, Николай в сопровождении протоиерея Ташлыкова, свиты, атамана Савина и старейшин направился через станичную площадь к трактиру, где был накрыт стол для трапезы.
Рядом с церковным крыльцом остались генерал-губернатор, князь Барятинский, есаул Вершинин, какой-то чин в белом мундире, фуражке и брюках. Видимо, капитан парохода. К этой группе по команде Вершинина присоединились Митяй Широков и Лесков.
Совещание длилось минут десять. По его окончании члены свиты цесаревича отправились в трактир. Лесков куда-то побежал с площади по центральной улице станицы, а вахмистр Шохирев пошёл в нашу сторону.
– Ну что, баламут, – Шохирев от души заехал своей лопатой-ладонью по моей спине, да так, что я чуть не упал, – опять всех на уши поставил.
– Дмитрий, что там решили генералы? – я свёл лопатки, занывшие от дружеского приветствия вахмистра.
– Что решили? То и решили. Слушай, – Митяй наставительно указал на меня пальцем.
Из дальнейшего повествования Шохирева я уяснил следующее.
