Дальше были поздравления, благословление венчанных дядькой Петром и теткой Ольгой, после чего молодые и гости отправились в трактир, где их встретили родители Семена Савина.
Атаман Савин, как местный олигарх, немного подправил традиции свадебного обряда и, вместо своего довольно большого дома, решил играть свадьбу в трактире, где уместилось значительно больше народу, чем в доме, да и гостей обслуживать было куда удобней. Тем более на свадьбу кроме станичников приехали компаньоны Савина по торговому делу – гильдейские купцы.
Когда гости расселись в трактире за столы, начались поздравления и вручение подарков с отдарками. Я подарил названой сестре красивый бизилик – серебряный браслет с травленым орнаментом, а Семену вручил черкесский кинжал, богато отделанный серебром. Этот кинжал мне достался как трофей с убитого хунхуза из засады в распадке у истока реки Дактунак.
Джунг Хи и Мэй вручили Анфисе красивое и дорогое ожерелье из белого жемчуга, а Семену револьвер, тот самый, в 4,2 линии, Смит-Вессон тульского производства, которым Джунг пытался отбиться от цинских всадников.
Этот подарок вызвал дикий восторг у Семена Савина и дружную зависть всех казаков. В Приамурье такое оружие практически не поступало и было на вооружении только у офицеров. Джунг Хи данный револьвер достался по случаю, как оплата за услуги лечения, и как выяснилось, метко стрелять он из него не умел.
В преследователей стрелял больше для того, чтобы их задержать, а не попасть. Поэтому по моему совету Джунг Хи легко с ним расстался, в качестве подарка для жениха, при этом приобрел хорошую репутацию у казаков: понимающий и не жадный.
Не меньший восторг на свадьбе вызвал еще один подарок от меня. Когда Анфиса спросила меня после получения всех подарков, не забыл ли я об обещании написать для нее песню о любви казачки к казаку, пришлось радовать молодых музыкальным подарком.
Тетка Ольга Селеверстова и ее снохи Ульяна и Елена, с которыми я разучивал этот музыкальный подарок, смогли удержать его в тайне. Поэтому когда они после моего объявления о новой песне, написанной мною специально для названой сестры ко дню ее свадьбы, втроем вышли перед столами, куда степенно выходили гости и поздравляли молодых, в трактире наступила тишина.
